Орбита смерти полностью

Джин вскинул глаза на большой экран перед собой, следя, как белое изображение «Аполлона» перемещается над Северной Атлантикой к западу от Ирландии. Прямо перед ней – красный прямоугольник, прочерчивающий ту же изогнутую траекторию на карте.

Какие секреты ты хранишь, «Алмаз»? Мы скоро узнаем.

– Люк, у тебя все готово к маневру?

Люк висел, цепляясь за подголовник Чада, и смотрел в иллюминатор на оранжевое безводье пустыни Сахара.

– Конечно, босс. Я готов к серфингу.

Майкл подался вперед и посмотрел на панель перед Чадом.

– Высота в норме, босс.

Чад кивнул в знак согласия. Корабль приготовился к маневру согласно инструкциям ЦУПа. Следующий сеанс связи – над Мадагаскаром, но активация двигателя, необходимая для подъема на «алмазную» орбиту, происходила в перерывах между сеансами. Никто за ней не наблюдал, кроме экипажа.

– Майкл, как только маневр будет окончен, я вылезаю из левого кресла, дальше ты рулишь «Персьютом».

– Принято. Я готов.

Их взгляды скрестились на цифровом таймере.

– Десять секунд, Люк, – предупредил Майкл.

– Все готово, спасибо. – Люк держал свободной рукой «Хассельблад», электрический лентопротяжный механизм мерно попискивал и клацал, пока астронавт делал снимки через иллюминатор. – Невероятный вид Нила.

– Три, два, один, поехали, – сказал Чад.

Даже через корпус ощущалось низкое протяжное ворчание: сотней футов ниже запустился водородный двигатель J-2 третьей ступени и тут же выдал двести тысяч фунтов тяги. Люка шарахнуло о переборку в задней части кабины.

– Ничеси! – завопил он, спасая камеру от удара об иллюминатор.

– Я ж тебе говорил, держись крепко! – заметил Чад.

Раздался треск: это летное задание отделилось от липучки и поплыло мимо головы Майкла. Люк схватил его из воздуха и вернул Майклу.

– Температура и давление в норме, – сказал тот, – двигатель работает нормально. – Единственное сопло двигателя J-2 слегка поворачивалось в своем креплении, направляя вектор тяги. Майкл задом через кресло чувствовал результат вносимых поправок и вибрацию. – Отключение через пятнадцать секунд.

Чад вскинул правую руку и указал на манометры:

– Три, два, один.

Они подтвердили согласование таймера и индикаторов.

– Есть отключение.

– Ребята, как только сможете, гляньте. Видна Африка от Рифта до Рога!

Чад поставил переключатели на предохранители, отстегнулся и осторожно выплыл из кресла.

– Полечу посмотрю. Майкл, корабль твой.

– Есть, мой капитан! Принимаю штурвал.

Майкл перелетел в левое кресло и небрежно пристегнулся. Траектория корабля имела теперь форму эллипса, вершина которого поднялась до высоты орбиты «Алмаза». Еще раз основной двигатель третьей ступени ракеты потребуется задействовать над Тихим океаном, чтобы орбита точно соответствовала круговой, как у советского аппарата, и после этого дистанция получится относительно небольшой, чтобы Майкл подвел «Аполлон» вручную. Он без устали практиковался в этом на тренажере с первого же дня, когда Каз привез приказ из Вашингтона, но сегодня все будет по-настоящему. Он ощутил, как выступает на ладонях холодный пот, вытер их о плотную ткань скафандра, аккуратно взялся за ручки контроллера, воображая предстоящие действия.

– Эй, Люк, как там в молитве астронавта говорится? – произнес он.

Люк рассмеялся.

Майкл выдохнул, чтобы сосредоточиться на том, что ему предстояло.

Господи, не позволь мне облажаться.

Управление кораблем полностью занимало Чада, а страховка не позволяла прочувствовать невесомость; ему все происходящее казалось скорей сверхреалистичной симуляцией, нежели настоящим полетом в космосе. Но стоило ему выбраться из кресла и поменяться местами с Майклом, как реальность нанесла физически ощутимый удар.

Опаньки! Вестибулярный аппарат трудился на полную, стараясь разобраться в происходящем. Чад потянулся к поручню у иллюминатора, с первой попытки неловко промазал, со второй твердо ухватился, стабилизировав тело. Накатила волна тошноты, зрение на миг помутилось. Он смежил веки, дожидаясь, пока это пройдет.

Рядом с ним парил Люк.

– Все хорошо, босс?

– В жизни не бывало лучше, – ровным тоном проговорил Чад, открыл глаза и сфокусировал взгляд на горизонте.

Медики предостерегали, что в невесомости может укачать, но Чад десяток лет летал на истребителях и отмахнулся. Как и все военные пилоты, он гордился своим железным желудком.

Люк постарался отвлечь командира, показывая в иллюминатор:

– Интересно, люди на том клочке суши есть?

Крошечный круглый вулканический остров на юге Индийского океана проплывал под ними, отбрасывая длинную предзакатную тень. Чад медленно повернулся всем телом посмотреть на него, но шеей старался не шевелить, чтобы не закружилась голова.

Он поморгал и опустил глаза.

– Настоящий райский сад, – проворчал он. Потом медленно закрыл глаза опять.

Они влетали в тень Земли, и свет кругом быстро менялся с ярко-белого на оранжевый и кроваво-красный, озаряя лица экипажа, словно догорающий костер.