— Что касается Союза… думаю, там люди на правильном пути. Их методы, возможно, оставляют желать лучшего, но через пятнадцать лет о СССР будут говорить иначе. Наша страна воспрянет и станет сильной, а вместе с ней и Орден. Мне нравится идея равенства. — Он отпил пива. — Правда, равенства в полной мере не будет никогда. Мне всегда не нравилось, как так называемая элита смотрит на простых людей, как на грязь. Аристократизм мне чужд. В детстве я общался с детьми императора, но свободное время предпочитал проводить с крестьянскими детьми. Никогда не считал их хуже себя.
Слова Александра удивили Свиридова. Он ожидал услышать другое. Критиковать власть в ресторане в центре Берлина, пусть и на русском языке, — это было смело. Хотя, учитывая статус и силу Александра, удивляться, возможно, не стоило.
Допив пиво, Александр встал из-за стола.
— Наш обед подошёл к концу, — сказал он, расплачиваясь за еду и напитки.
Он проводил графа Свиридова до ближайшего отеля, снял ему номер и приставил охрану. Завтра графа должны были провести до Польши, а затем до границы с СССР, где его встретят советские охотники.
[1] Драгутин Димитриевич, известный по кличке «Апис» (Бык), начальник сербской контрразведки. Расстрелян по обвинению в государственной измене в Салониках в 1917 году.
За время Олимпиады в Германию прибыли не только миллионы болельщиков и туристов, но и охотники Ордена «Возрождения» из Европы, Азии и Северной Америки. Александр, чтобы подчеркнуть значимость события и объединить членов Ордена, устроил грандиозный бал для охотников и их друзей. Ситуация с графом Свиридовым была решена, Олимпийские игры шли полным ходом — настало время немного расслабиться.
Местом для торжества Александр выбрал один из самых узнаваемых символов Германии — замок Нойшванштайн, расположенный на юго-западе Баварии. Его название в переводе с немецкого означает «Новый лебединый утёс».
Гостей, направлявшихся к замку, ещё за несколько километров встречал потрясающий вид: его башни возвышались над густым лесом и крутыми склонами. Построенный на высоком холме, замок словно парил над землёй, подчеркивая свою величественность.
История Нойшванштайна неразрывно связана с именем короля Баварии Людвига II, прозванного «сказочным королём». С самого детства он мечтал о своём собственном замке, и в 1869 году, когда у него появилась такая возможность, он начал воплощать свои фантазии. Строительство продолжалось вплоть до 1886 года, но завершено так и не было — Людвиг умер, оставив проект незаконченным.
После его смерти строительные работы были приостановлены, а замок остался в значительных долгах перед кредиторами. Луитпольд, принц-регент Баварии, который фактически правил страной из-за недееспособности нового короля Отто, нашёл способ выйти из сложной ситуации. Уже через шесть недель после смерти Людвига замок был открыт для платного посещения, чтобы покрыть долги и завершить хотя бы часть работы.
Несмотря на эти усилия, мечта Людвига осталась недостроенной. Некоторые части замка, такие как третий этаж и рыцарский зал, так и не были завершены, а планировавшаяся 90-метровая башня с готической церковью так и не была построена.
Однако даже в таком виде Нойшванштайн стал популярным среди туристов. Уже к 1899 году он окупил свои затраты и стал приносить внушительный доход, превратившись в одну из главных достопримечательностей Баварии.
Орден «Возрождения» также не оставил замок без внимания. Начиная с правления Луитпольда, Нойшванштайн стал местом проведения собраний охотников и увеселительных мероприятий. Именно здесь Александр решил устроить бал.
Он лично встречал гостей у входа в замок. Александр был одет в белую парадную форму. На его груди красовались два ордена, полученные ещё во времена Российской Империи: орден Святого Благоверного Князя Александра Невского — за выдающуюся охоту в Гатчине, и Георгиевский крест четвёртой степени — за мужество при обороне крепости Осовец. На его левой руке выделялась красная повязка с изображением феникса, а на поясе висела сабля.
Рядом с отцом стояла Вера. В свои восемнадцать лет она приковывала взгляды каждого, кто её видел. Голубое платье идеально подчёркивало её спортивную фигуру, а пышная причёска добавляла образу изящества. Она выглядела настоящим запретным плодом, которым мечтал обладать каждый мужчина. Но все прекрасно знали, что самое большее, на что они могли рассчитывать, — это танец.
Все знали, что её сердце принадлежит молодому офицеру СС Маттиасу Кремеру, который благодаря протекции Генриха Гиммлера быстро продвигался по карьерной лестнице.
Бал обещал стать незабываемым событием.