Подойдя ближе, она на мгновение замерла, затем присела рядом. Сквозь туман в глазах Александру показалось, что он увидел на лице фигуры лёгкую улыбку.
— Твоя история ещё не закончена, — произнесла фигура спокойным мужским голосом. Она положила руку ему на грудь, и её крылья засветились ещё ярче. — Помни, перед смертью у тебя должок, — добавила она с лёгкой иронией, то ли в шутку, то ли всерьёз.
Александр ощутил, как боль в груди стихает, а рана затягивается. Ему стало легче дышать, но он был слишком слаб, чтобы что-либо сказать. Потеряв последние силы, он рухнул на землю и провалился в забытьё.
К восьми часам утра русские бойцы успешно вернули утраченные позиции. В одиннадцать часов немецкая артиллерия прекратила обстрел крепости, что ознаменовало окончание провального штурма.
Во время контратаки подпоручик Котлинский получил смертельное ранение, но его заслуга в обращении немецких солдат в бегство была неоценима.
Бессознательного Александра обнаружила похоронная команда. Убедившись, что он жив, его доставили в крепость. Вечером того же дня его вместе с другими тяжелоранеными эвакуировали с фронта.
В конечном итоге русский гарнизон крепости выдержал все попытки штурма и многонедельную осаду превосходящих сил противника. Однако в начале осени поступил приказ отступить из-за изменений на Западном фронте. Защитники крепости покинули её, забрав всё ценное. То, что невозможно было вывезти, взорвали.
Немецкие войска вошли в пустую крепость, осознавая, что так и не смогли взять её с боем.
Александр открыл дверь и ступил на порог опустевшего дома. В нём стояла мёртвая тишина, словно никто здесь никогда и не жил. После отбытия на фронт семьи Державиных надобности в слугах не стало, и их всех распустили. Теперь дом принадлежал Александру, и ему предстояло жить в нём одному. О Ксении парень даже не вспомнил. В тот момент для него существовал только он сам.
Александр шёл по скрипящим половицам, оставляя на полу грязные следы. Больше сюда не ступит нога Павла Андреевича, слуги не услышат его властного голоса, а охотники не соберутся в гостиной, чтобы отметить успешную охоту. Всё, что не было укрыто тканью, покрылось толстым слоем пыли.
— Ваше Благородие? — окликнул его солдат, сопровождавший Александра, оторвав того от нахлынувших воспоминаний. — Вам ещё нужна помощь?
— Нет… — отрешённо ответил Александр и закашлялся, прикрывая рот платком. На нём остались следы крови. Он уже восстановился после пулевого ранения, но больные лёгкие напоминали о себе. — Спасибо за помощь.
Солдат отдал честь и вышел из дома, аккуратно закрыв за собой дверь. Александр остался один в холодном, пустом доме.
Он медленно обошёл все комнаты. В кабинете отца ничего не изменилось. Если бы не слой пыли, могло показаться, что Павел Андреевич вот-вот вернётся и расскажет сыну о делах Ордена. Но этого не случится. И от этой правды Александру стало больно. Он заплакал.
Слёзы катились по его заросшим щетиной щекам. Александр бросил вещмешок с небогатыми пожитками и присел на пол, облокотившись спиной о стену. Его взгляд остановился на портрете матери, висевшем над письменным столом отца. Раньше он не замечал, какая она красивая на этом портрете: сиреневое платье, белая шляпа, кокетливый взгляд и хитрая улыбка встречали каждого, кто решит взглянуть на её изображение.
Затем он обошёл остальные комнаты и, в конце концов, зашёл в свою. Снял ткань, покрывавшую кровать, и, не раздеваясь, рухнул на неё, моментально заснув. Долгий путь домой окончательно вымотал его. Теперь он хотел только одного — отдохнуть.
Снова и снова ему снилась газовая атака. Его товарищи, вдыхая ядовитые пары, корчились в судорогах, пускали кровавую пену и умирали. Они кричали от боли, а вдали виднелись ряды немецких солдат в противогазах, готовых захватить русские позиции.
Александр проснулся в холодном поту, услышав, как кто-то вошёл в дом и попытался включить свет. Но дом был обесточен. Он не знал, сколько времени прошло. Осторожно выглянул из комнаты и увидел, как незваный гость с фонарём медленно поднимается на второй этаж.
Александр старался не издавать звуков, но, как назло, его снова настиг кашель. Он сдерживал его, прижимая ко рту платок одной рукой, а другой вытащил из кобуры пистолет. Прильнув к стене, он стал ждать.
Тёмная фигура в плаще, освещая себе путь фонарём, зашла в комнату. Незнакомец осмотрел её, словно зная, что Александр вернулся. Кровать была разобрана, на подушке виднелись следы крови. Незнакомец подошёл к окну. В этот момент Александр приставил пистолет к его голове.
— Вот значит, как ты встречаешь свою жену! — сказал знакомый голос.
Фигура сняла капюшон, и Александр увидел Ксению. Её взгляд изменился. За год, что они не виделись, она из девушки превратилась в женщину, которой довелось многое пережить. Им всего по восемнадцать, но им уже пришлось увидеть слишком много. Однако даже после трудного года она оставалась всё такой же красивой.
— Здравствуй, Александр.