– В последний раз, не далее как этой зимой, контакт с демоном обернулся одержимостью девушки, которая в желании служить ему расправилась со всеми своими домочадцами – матерью, отцом, больным младшим братом, слугами…
Лазурит, уже успев отругать себя за недостаточную бдительность и проблеск симпатии к «демону любви», от таких подробностей пришла в священный ужас.
– Едем же скорее к Пимену! – воскликнула она.
За всеми противоречивыми переживаниями они совсем позабыли про Леса, который отправился развлекаться в неизвестном направлении и в компании Дитера. Однако они обнаружили его и Фундука аккурат возле кареты Инквизиции, которую они еще утром оставили у лазарета.
Яшма, весь перемазанный чьей-то кровью, опухший и пахнущий перегаром похлеще, чем культисты из «Дома радости», тряс за плечи ничего не подозревающего кучера:
– Гони коней в столицу, срочно! За подмогой! – втолковывал он ему. Но тут замер и повернул голову в сторону, откуда пришли геммы и коронер. Лес тут же бросил свою жертву и побежал к ним, протягивая руки к сестре, чтобы обнять. – Живые! Родные мои, я…
Однако Октав резко заступил ему дорогу. Лес сделал было еще шаг вперед, но будто натолкнулся на стену. На лице брата читалась борьба, и выбор был очевиден – отшвырнуть менее крепкого Турмалина в сторону или отступить? Он отступил, закусив разбитую губу и потупившись. Сердце Нормы разрывалось – она была бесконечно зла на Леса. Не покинь он отряд, остальные не подверглись бы демонической скверне, которая сейчас медленно отравляла разум. Но через что прошел он сам? Он ранен?
– Вы как выбрались-то? – выпалил Лес, отдышавшись. – Я нашел только следы крови и пустое подземелье.
Норма прижала сцепленные руки к груди – брат все же их искал! Но Октав был непреклонен.
– Был бы с нами, знал бы, – процедил он. – А у тебя, как я вижу, нашлись занятия поинтереснее, чем наше расследование. Вот к ним и возвращайся, а мы закончим это дело.
Яшма скривил губы, точно сдерживая жестокие слова. Норма заметила, что морда Фундука, отиравшегося рядом, тоже испачкана бурым, точно он съел кого-то живьем. Так и не найдясь, что сказать, Лес вскочил на кошкана, пришпорил его пятками и помчался прочь.
Октав проводил его холодным взглядом, за который Норме хотелось влепить ему пощечину и разрыдаться. Почему, почему все так повернулось?..
– Ребята, думаю, нам тоже пора, – напомнила Алевтина. Она явно зябла на сыром ветру с реки.
Напоследок, уже забираясь в черную карету с серебряным гербом, Норма посмотрела на маслянистые воды Касторки. Ей показалось, что в воде скользнуло нечто массивное, но в быстром потоке не было ничего живого.
Прибыв на земли церкви, первым делом Лазурит приметила Фундука, в одиночестве бегущего в сторону зарослей – видать, собирался поохотиться. Пимен же встретил их у дверей своего домика и тут же пригласил внутрь. Вид у епископа был встревоженный и огорченный.
Он тут же заговорил о Лестере:
– Видно, что грех на себя взял, но говорить со мной не хочет. Вы хоть мне скажите, что с ним?
Норма потупилась, смяв в кулаках манжеты рубашки.
– Хотела бы я знать, что с братом творится…
Пимен покачал головой и принялся собирать нехитрый ужин из разваренной гречневой каши и грибов в сметане. Наконец, усадив гостей за стол, он веско произнес:
– Вы же действительно братья и сестры, не корите его, это все город влияет. Настанет момент, и поговорите с ним по душам. А сейчас зла не держите.
Алевтина слушала его с огромным вниманием и кивала, будто была согласна с каждым словом.
Тут Октав решил перейти к главной проблеме.
– Ваше Преосвященство, мы повстречались с демоном. Лично, во плоти. И, насколько хватает моих познаний, я почти уверен, что на нас лежит его скверна. Можете ли вы нас очистить?
Пимен вскинул брови и замер, не донеся деревянную ложку до рта. Затем вернул ее обратно в миску и сложил руки на краю стола, крепко задумавшись. Отвечать он не торопился.
– Да, в Касторе у нас обретается демон, – наконец заговорил он. – Кажется, я понимаю, о чем вы. Многие слабые духом тянутся к нему, а к вам он пришел сам… – Епископ снова выдержал тревожную паузу. – Угрожал он вам или пытался заключить какой-то договор?
Алевтина пожала округлыми плечами:
– Зависит от определения.
– Никакого договора, – поспешила пояснить Норма, пока ситуация окончательно не запуталась. – Он тоже хотел касторскую напасть извести и дал подсказки. Я их проверила, они правдивы. Но мы… – она мучительно зарделась, – побывали в его логове.
Пимен медленно перевел взгляд с Нормы на Октава.
– Расспрашивать не буду, да вам и говорить не захочется. Увы, не могу я по мановению руки снять с вас скверну, есть она или нет. Но суть я, кажется, улавливаю.
Священник вновь погрузился в размышления. Казалось, он сильно сомневался и не хотел давать необдуманных советов. В окутавшем единственную комнатушку молчании было слышно, как потрескивает фитилек одинокой восковой свечи. Норма посмотрела в темное окно и поймала себя на тихой радости, что брат, болван такой, хотя бы избежал воздействия демона. А значит, не все так плохо.
Пимен вновь заговорил:
