Собрав волю в кулак, она подхватила под мышки Алевтину. Нос у той уже посинел, иней охватил все открытые участки кожи. Она еще дышала, но еле-еле. Догадавшись о ее намерениях, Октав подхватил коронера с другой стороны, и они, пошатываясь, встали на неверные ноги и побрели к демону, к его костру. И замерли на границе. Огонь не опалял, лишь согревал. От мокрой одежды повалил пар.
Демон пошевелил пальцами в воздухе, как бы поторапливая их.
– Что ж вы стесняетесь, – ухмыльнулся он, и в улыбке блеснули заостренные белые клыки. – Обнимайте меня, я не шучу!
Толкнув бесчувственную Алевтину вперед, в его объятия, Норма сама привалилась к рельефной обнаженной груди этого удивительного существа. Октав тоже встал вплотную к нему.
Онемение отступало, мускулы оттаивали совсем без боли. Пробудился и тут же отступил голод. Ее окутало непередаваемое блаженство, точно она оказалась в лучшем из возможных мест на земле. Норма чувствовала, как к ней возвращаются силы. Неосознанно она обхватила демона за талию и прижалась крепче.
– Так-то лучше! – заявил довольный демон. – А теперь не будем терять времени. Вперед, навстречу жизни и бурлению молодой крови!
Перепончатые крылья сомкнулись у Нормы за спиной, закрывая всех четверых. Уши заложило, но только на секунду, и стянуло все внутренности. Она зажмурилась и зачем-то задержала дыхание. Рывок – и ноги оторвались от земли, точно тело потеряло вес.
Чтобы в следующее мгновение рухнуть куда-то и замереть.
«Где-то» было тепло, мягко. Пахло винным перегаром и сладкими благовониями. Норма ощупала поверхность под собой. Скользкая ткань, похожа на атлас, чуть прохладная по сравнению с тем, что грело ее с другой стороны.
Вдруг послышался шорох ткани, звук столкновения с чем-то твердым и приглушенное мычание Октава. Норма распахнула глаза и села.
– Чш-ш, испугалась? – раздался рядом голос демона.
Норма обернулась и поняла, что как стояли они в подземелье Панкрата, так и упали в обнимку с крылатым на кровать, застеленную пунцовыми простынями. Привалившись к резному изголовью, о которое, предположительно, ударился головой Октав, одной рукой демон поддерживал за талию порозовевшую, мирно сопящую Алевтину Кондратьевну, а другой приобнимал ее, Норму.
Как ошпаренная, Лазурит попыталась было вскочить, но ноги разъехались по чудовищно скользкой ткани, и она плюхнулась на четвереньки. Теперь ей открылась полная картина.
Всюду лежали нагие люди, мужчины и женщины. Кто в масках, кто в каких-то причудливых лентах и перьях, но они не прикрывали совершенно ни-че-го. Кто-то спал, утомленный утехами, кто-то еще занимался друг другом на этом огромном пунцовом поле без конца и края. Норма залилась краской и зажмурилась обратно.
«Это же оргия культистов! Самая настоящая!» – едва не взвыла она и, как могла, быстро поползла прочь.
– Уже уходишь? – насмешливо спросил демон. – У меня кровать большая, по ней убегать долго.
– Алевтина, проснись! – взвизгнула Норма, продвигаясь все дальше, то и дело вслепую натыкаясь на чьи-то конечности и разметанные по простыням волосы. Тут она вляпалась во что-то и завопила дурным голосом: – АЛЕВТИНА!!! А-а-а, святые серафимы!
Кто-то позади заполошно охнул, и вскоре плеча Нормы коснулись. Она шарахнулась в сторону и снова едва не завалилась на бок.
– Спокойно, это я, – сказала Алевтина. – Давай руку, я выведу.
Шмыгнув носом и зажимая глаза ладонью, Лазурит доверилась коронеру.
– Пойдем-пойдем, – приговаривала она. – Ох, свет благой, у этой дамочки точно будет растяжение. И обезвоживание. А этим бы не переусердствовать со связыванием, чревато гематомами и некрозом тканей, если так и уснуть. Тут переступи, осторожно… Все, хорошо, а то один господин очень бы расстроился, потеряв нечто важное… Не смотри, не смотри, выход близко… А вот это вообще по-скотски и небезопасно! Что за люди!
Норма с удовольствием обошлась бы без ее комментариев, но не смела и пикнуть в ответ. К тому же звуки со всех сторон и без того красочно иллюстрировали действо в пунцовой комнате.
– Все, край, мы добрались. Держись, там дверь! – радостно объявила Алевтина.
Они спрыгнули с монструозного ложа с культистами и побежали к выходу из залы. Оказавшись снаружи, обе привалились к створкам, подпирая их. Коронер обмахивалась одной рукой и тяжело дышала. Норма отерла рукавом вспотевший лоб и веки.
– Жуть какая… Чудом уцелели… Это где же мы очутились? – пробормотала она.
Алевтина помотала головой:
– Наверное, это и есть один из «Домов радости», о которых я наслышана. Погоди, а где Октав?
Норма закрутила головой. И правда, они очутились в заставленном скабрезными статуями и увешанном такими же картинами холле, но только вдвоем. Турмалин остался в зале с ложем.
Тут дверь за их спинами содрогнулась от удара. Лазурит и коронер взвизгнули в один голос и навалились еще сильнее.
– Немедленно откройте, – донесся приглушенный голос бывшего инквизитора.
