Лес, пожалуй, не заметил перемены между ними. По крайней мере, не сразу. От долгой однообразной дороги он спасался, время от времени пуская Фундука едва ли не галопом, забегая далеко вперед, а потом возвращаясь. Бока кошкана ходили ходуном, по вечерам он подолгу и шумно лакал воду из корыта. Неясно, чего добивался брат, так его гоняя. Сам Яшма казался слегка ошалевшим: под глазами у него залегли тени, каких Норма не видела никогда прежде, а глаза пылали лихорадочным огнем, загораясь особенно хищно, когда он оглядывал других постояльцев – простых путников и купцов.
Чем дальше они продвигались по головному тракту, что тянулся от самой Вотры, тем тяжелее было по нему пробиться. Когда они миновали Громово и на кромке горизонта показался первый намек на Скаловские горы, издерганный вечными остановками Игнат предложил съехать на смежный, Подъярый тракт, а когда понадобится, сделать крюк, иначе их отряд рисковал потерять в пути лишнюю неделю. Предложение показалось разумным, и так они и поступили. Горы начали приближаться все быстрее.
Путники продолжали держаться широкой дороги, по которой, кроме них, никто уже не ездил, а прежде однообразный пейзаж сменился бесконечной грядой многовековых сосен.
Спустя еще сутки карета сломалась – хоть лошадям и удалось не наступить на торчащую прямо из дороги корягу, коварная деревяшка вышибла с места и надломила переднюю ось, а также слегка пропорола днище экипажа, словно была сделана из железа. Норма с визгом скатилась на пол и едва не наткнулась на торчащее острие. На вид оно напоминало обломанную кость.
– Засада?! – встревожился Октав и тут же выскочил наружу, крепко сжимая подаренную Лесом трость, а заодно извлекая из кармана монокль.
Норма тоже высунула нос, но ничего не увидела, кроме ветвей растущих рядом сосен. Между ними плескался утренний туман, подсвеченный сероватыми лучами. Где-то между стволами пересвистывались птицы и выстукивал свой ритм одинокий дятел.
Опасливо косясь по сторонам, Норма приблизилась к Игнату:
– Насколько все плохо? – уточнила она. Собственный голос звучал до странного глухо, будто чужой.
– Хреновей некуда, – огрызнулся тот. – Нужно в город, иначе эта колымага с места не тронется. Я вам не мастер-каретник.
Лазурит вздохнула и обхватила себя за плечи. Скверно, скверно!
Тут из тумана выступила огромная тень, заставив ее вздрогнуть. Но это оказался Лес верхом на Фундуке, а рядом, придерживаясь за кошкана рукой, следовал Октав.
– Никого, – заявил брат. – Похоже, нам действительно крупно не повезло.
– Дальше пойдем пешком, – добавил Октав. – Судя по карте, скоро должен быть перекресток, а на нем – указатель. По нему выйдем к ближайшему селению и поймем, где починить экипаж.
Так они и поступили. С собой взяли только самое необходимое – провиант и бумаги, книги пришлось оставить внутри. Норма бросила на них тоскливый взгляд, прежде чем захлопнуть лакированную дверцу кареты.
Геммы и их озлобленный кучер побрели вперед, высматривая верстовые столбы, но так их и не увидели, хотя дорога не выглядела нехоженой и заросшей. Спустя несколько часов они вышли к перекрестку. Бор здесь значительно редел, но за деревьями по-прежнему не было видно ни села, ни даже отдельного жилища. Зато там обнаружился ветхий, покосившийся указатель. Яшма выправил его, чтобы столб смотрел прямо в небо. Стрелка назад, что очевидно, указывала на Головной тракт, с которого они свернули. Две боковые – в сторону столицы Равни, Высокуст, до которой даже на карете добираться было не меньше суток, и на безвестную деревушку с неразборчиво написанным названием. Стрелка, что должна была указывать вперед, клевала острым концом в землю. Октав, склонив голову набок, прочел:
– Подрожна, три версты. Насколько я знаю, раньше там был крупный дорожный узел. Наверняка в городе найдется кто-то, способный починить ось.
Игнат прокряхтел что-то условно одобрительное. Лес и Норма, переглянувшись, пожали плечами. Подрожна так Подрожна, три версты так три. Все же какой-то ориентир.
По-прежнему пустующий тракт легко ложился под ноги, и через час они увидели первые строения. Судя по всему, оставленные хозяевами и жильцами. Отряд было встретила стая собак самого неухоженного вида, но быстро ретировалась, едва заметив Фундука.
– Так этот город заброшен? – уточнила Норма. – Никого не видать.
Октав упрямо качнул головой:
– Не слышал о таком. Идемте дальше, возможно, дело в окраине.
Так оно и вышло: проследовав по широкой прямой улице, слившейся с Подъярым трактом, они заметили полотнища свежевыстиранного, но все равно серого белья, вывешенные на всеобщее обозрение.
– Что ж, люди здесь все же есть, – подмигнул Лес и поскакал вперед, чтобы разведать обстановку.
