Скарли фыркнула. Пиво ее, кстати, улетучивалось из бокала с пугающей скоростью.
– А что, все складывается. Булочник наверняка был весьма состоятельным гражданином. Вы знаете, что это может быть за гравировка на пистолете? Типа что он член городского ополчения. Такой человек вполне мог позволить себе потратить пару лишних долларов на пластину с гравировкой.
Тэллоу продолжил зачитывать:
– «Бэррон сначала заявил следствию, что в момент совершения убийства находился дома и спал, но его собственная мать сообщила властям, что он лжет». Замечательно, просто прелесть какая-то… Ах да, вот еще: «В своем признании Бэррон отметил тот факт, что ему пришлось самому изготовить пулю и придать ей нужную форму, чтобы забить ее в дуло пистолета».
– Это объясняет деформацию, мать ее, дула, – задумчиво проговорил Бэт, потом подумал, что, пожалуй, не стоит проявлять излишний интерес, и поднял руки вверх: – Нет. Не может быть, чтобы тот же самый…
– Давай дальше, – сказала Скарли – она очень внимательно слушала.
– Хм. Он сказал священнику, что этого не совершал, что это дело рук его сообщников – вот почему у него не обнаружили ни оружия, ни кошелька убитого. Пистолет, кстати, тоже не нашли. И в отчете его так и называют – пистолет. Считается, что Бэррон выбросил его в реку.
– А я держу пари, что пистолет нашли и тихонечко вернули мистеру Пэссиджу. А тот взял да и положил его в сундучок на случай, если англичане вернутся. Он состоял в ополчении, держал пекарню и потому знал всех в округе. – Скарли широко улыбнулась. – Отличная версия. Но в реку ли его скинули, вот в чем вопрос? Скорее уж в бухту, разве нет? Думаю, в Рочестере ополчение и на кораблях ходило…
– Если только под рекой они не подразумевали канал из Эри в Гудзон. Его, по-моему, уже открыли к тому времени.
Бэт наконец-то вышел из терпения и отчаянно замахал руками, привлекая внимание собеседников:
– Алё, вы сами-то себя слышите? Вы что, серьезно хотите сказать, что пистолет, который попал к нам в руки, это тот самый таи-и-и-и-инственно-претаинственно пропавший пистолет, с помощью которого было совершено первое в Рочестере убийство? Ребята, у нас лежат пистолеты, связанные – на данный момент – исключительно с убийствами на территории Манхэттена. И если вы считаете, что тут реально есть какая-то связь, то придется признать: наш парень поработал не только здесь! И у нас сейчас всплывут пистолеты, связанные с убийствами где угодно!
– Необязательно, – пробормотал Тэллоу, просматривая текст на экране планшета. – Может, это все значит, что он совершил убийство на Манхэттене, но оно было как-то связано с рочестерским.
И он вскинул взгляд на Скарли:
– Ты же понимаешь, что это может значить в случае с твоим сорок четвертым калибром?
– Что? – подивилась Скарли, а потом поняла, что он имеет в виду. И рассмеялась: – Не… не может этого быть…
– Не может быть чего? – рассердился наконец Бэт: идиотская, как он полагал, фантазия его собеседников воспарила на совершенно не доступные для него высоты.
– Да ладно, это не может быть пистолет Сына Сэма, – сказала Скарли, отхлебнув пива.
Бэт откинулся в кресле:
– Господи Иисусе. Конечно, не может. Потому что…
– Потому что, – тихо пояснил Тэллоу, – пистолет Сына Сэма должен лежать в бочонке с вещдоками в хранилище в Бронксе, я правильно понял?
– Ох ты ж, – выдохнула Скарли, широко распахивая глаза. – Ох ты ж. А вот это… это уже интересно!
Тэллоу вперил взгляд в Бэта:
– Наш парень убивал в течение двадцати лет – и его не взяли. Он провернул совершенно безумное дело: поехал в Рочестер и завладел там тем самым утерянным пистолетом, а потом отреставрировал его – и застрелил жертву. Ты реально считаешь, что он это все проделал в одиночку? Без помощи со стороны?
– Так, мужик. Ты что, хочешь сказать, что какой-то коп выудил пистолет Сына Сэма из бочки с вещдоками и выдал его какому-то сраному маньяку, который использовал его для того, чтобы убить свою хренадцатую по счету жертву? Да ты сам псих, вот что я тебе скажу.
Скарли подалась вперед, и лицо ее весьма оживилось – Тэллоу еще не приходилось видеть ее в таком возбуждении:
– Нет, а почему? Мне нравится эта версия! Значит, ты думаешь, их там целая команда?
– Нет. Почерк везде одинаковый – это явно один человек. Он все тщательно планирует, потом убивает. Но я думаю, у него есть что-то вроде группы поддержки. Может, она совсем небольшая. Типа люди, что ему ответную услугу задолжали. Люди, которым он просто заплатил, – или люди, которым он почему-то доверил какое-то поручение, типа достать нужную вещь. И да, может, действительно, кто-то взял и вытащил из хранилища пистолет, пришедшийся ему по вкусу. Вы сами-то не задумывались: как, ну как какой-то мужик хрен знает сколько лет уже совершает убийства здесь, на Манхэттене, причем несколько сотен убийств, и на него за все это время вообще ничего не повесили? Вообще ни одного? Да это фантастика…
