Серийный насильник, которого некие остроумцы прозвали Человек-Банка, снова заявил о себе в Парк-Слоуп этим утром. Изнасиловав женщину, он вставлял ей в вагину банку или бутылку, а потом разбивал стекло. В голосе полицейских чувствовалось напряжение: никто ничего не видел, никто ничего не знал, всем все по барабану…
Кто-то выплеснул банку кислоты с аммиаком в лицо полицейскому из Порт-Осорити, там, где 20-я авеню пересекалась с шоссе Джо Димаджио. Находившихся рядом полицейских рвало – лицо бедняги стекло на плечи и грудь длинными, похожими на подогретый сыр струйками.
Свидетели утверждали, что мужчина попытался ограбить банк «Чейз» на углу Пятой авеню и Восточной 27-й улицы, потом заявил, что он «разлагающийся ангел», вышел наружу, застрелил работника почты, который просто шел мимо, затем приставил пистолет к глазу, громко сообщил, что «Диснейленд – тоже полное говно», и нажал на спусковой крючок.
– А что, мужик прав, – заявил Бэт. – Меня от этой «Улицы Сезам» тоже тошнило. Помните хрень, которая в мусорном ящике жила? Блин, да я из-за нее в полицию пошел!
Тэллоу посмотрел на Бэта в зеркало заднего вида: мало ли, может, признаки ментального расстройства имеют и внешнее проявление?
– Ты шутишь, я надеюсь?
– Ничего подобного! Хрень, говорю, жила в мусорном ящике, жрала говно всякое и людей оскорбляла! Сплошные преступления! И вообще выключи ты эту штуку. Жесть какая…
– А мне нравится, – пожал плечами Тэллоу. – Знаешь, был такой сайт, так они полицейской волне Лос-Анджелеса делали подложку из эмбиента. Ничего так выходило, я часто на диске слушал.
– А что, у вас в машинах можно диски слушать? – спросила Скарли.
– Нет, конечно. Поэтому мой партнер и выдрал магнитолу. Да и музыка ему не нравилась. А я не разрешал ему включать спутниковое радио с идиотскими ток-шоу. Так что мы решили – о’кей, один-один, и слушали только полицейскую волну. Ну и вот мне постепенно понравилось. Опять же, такой информационный поток, ты всегда в курсе событий.
– Да не информации, а говна поток, – пробормотал Бэт. – Я бы рехнулся это целый день слушать. Просто у тебя ж беспрерывно в ушах: «Але, ребята, тут псих то-то и то-то учинил, а тут вот какое говно приключалось, але, а тут еще говна ведро, и еще ведро, еще круче говна, але, ребята, у вас еще мозги не поплавились? Тогда вот еще вам говна на лопате!» Какая-то порножесть, блин, транслируется…
Тэллоу вынужден был признать, что сегодняшний эфир – по сравнению со вчерашним – оказался реально чудовищным. Но он отогнал от себя эту мысль и заехал на парковочное место сразу за грузовиком криминалистической службы. Выбираясь из машины, он внимательно огляделся: не стоит ли поблизости мужчина в плаще из толстой замши. Убедившись, что нет, не стоит, он повел экспертов внутрь здания.
Двери с грохотом распахнулись прямо перед носом Тэллоу, и из них выкатились со своей тачкой те же два парня, которых он видел вчера. Ребята бахали, долбались и орали друг на друга, пихая тележку, доверху нагруженную пластиковыми контейнерами с вещдоками.
– Говнюк, – незамедлительно сообщили они Тэллоу.
– И вам доброго дня, – отозвался Тэллоу. – А что случилось-то? Обеденный перерыв? Или пересменка?
– Ни то, ни другое. Нас отзывают.
– Да уж, теперь путь сюда нам закрыт навеки, – пафосно заявил второй. – Нас передислоцируют и отправляют на другое, мать его, место преступления. Жопу, короче, вашим криминалистам подтирать.
Тэллоу мрачно зыркнул в сторону Бэта и Скарли: молчать, мол. Те оскалились, как плохо обученные псы, которым запретили жрать соседского младенца. Тэллоу крутанулся в сторону работяг – те уже пихали свои контейнеры в грузовик.
– Но вы тут не закончили, – сказал он.
– Как бы не так! – фыркнул первый. – Мы еще как здесь закончили! Приказ у нас, понял? А почему они такой приказ раньше не выпустили, когда мы только твоей сраной коллекцией занялись, мне невдомек. Но кто-то узрел свет, и мы свободны.
Второй уже залезал на водительское сиденье.
– А вы, ребята, – в жопе. Но нам плевать. Потому что только говнюк может подкинуть такую говенную работенку нашему полицейскому департаменту, хе-хе.
– Вроде тебя говнюк, – ткнув пальцем в Тэллоу, уточнил первый и запрыгнул на пассажирское сиденье.
И они уехали.
– Какого хрена тут происходит? – вопросила Скарли.
Тэллоу вытащил мобильник.
– Понятия не имею, но начальство наверняка может узнать, что к чему.
А пока он набирал номер, на освободившееся после полицейского грузовика место запарковалась другая машина. Тэллоу взглянул на нее, понял, на что смотрит, и убрал телефон. На борту фургона красовался логотип компании «Спирпойнт».
Тэллоу тихо, но жестко приказал:
– Молчать. Говорить буду я.
Они все поняли по голосу, кивнули и отступили на шаг.
