– А это зависит, – отовался охотник, – от того, что вы понимаете под «это все». Я понимаю это так, что смерть названного человека до такой степени затруднит расследование, что дело можно будет считать закрытым.
– Я не очень в этом уверен, – заметил Мейчен.
– Позвольте я скажу пару слов, – обратился к охотнику Теркаль. Охотник ответил широкой насмешливой улыбкой и отмахнул рукой: мол, продолжайте, прошу. Теркель с трудом сглотнул и продолжил: – Тэллоу на данный момент и есть дело. В смысле, отчета он не подавал. Во всяком случае, мне об этом неизвестно. Смерть Тэллоу повлечет за собой такие информационные потери, что дальнейшее расследование станет невозможным. И, по правде говоря, я думаю, что он один в нем заинтересован. Еще я подозреваю, что у него не все в порядке с головой. Остается, правда, проблема, связанная с пистолетом, который изъяли из хранилища, но расследование…
– …зайдет в тупик? – хохотнул охотник.
– …будет непродуктивным, – закончил Теркель, обернувшись к охотнику с выражением легкого недовольства на лице.
– Ну вот, – подвел итог охотник. – Смерть этого человека избавит нас от всех трудностей. Но я бы не стал говорить о том, как это все закончить. Потому что у меня еще полно работы.
– Какой работы? – спросил Вестовер.
– Моей работы. Плоды моих трудов уничтожены, и мне придется начать все сначала. В мою крепость ворвались враги, они все разрушили и украли. И я сильно сомневаюсь, что смогу вернуть все вещи. К тому же они теперь запятнаны, и их нельзя вплести обратно. Я должен начать все сначала.
– Если мы правильно тебя понимаем, – сказал Мейчен, – ты собирал свою… коллекцию больше двадцати лет. Но работа закончена.
– Да неужели? – Охотник снова хихикнул. – И что же, вы, все трое, удовлетворили свои великие амбиции? Исполнили все мечты? Вам не к чему больше стремиться? Что-то я в этом сомневаюсь. Я думаю, что алчность никогда вас не оставит – это не пальто, которое надевают с наступлением холодов и сбрасывают в теплой комнате. Вы что же, действительно собираетесь мне сказать, что вам нечего больше хотеть? Возьмем вас, мистер Мейчен. Вы еще вполне способны встать во главе финансового сектора этого города. А лет через двадцать – и мэром стать. А мистер Теркель? Он ведь пока еще не комиссар! Мистер Вестовер… о, я дрожу от ужаса от одного предположения о том, какие чудовищные поступки он еще способен совершить! Впрочем, по правде говоря, меры безопасности в здании, где он проживает, меня совсем не впечатлили.
– Ты не хочешь останавливаться, – ровным голосом произнес Мейчен.
– Я не хочу останавливаться. Мне нужно закончить работу. А поскольку и вам нужно кое-что закончить, у меня складывается впечатление, что это сотрудничество выгодно всем нам.
Вестовер спросил:
– Сколько ты хочешь? За то, чтобы остановиться?
Охотник неожиданно для себя расхохотался.
– Это серьезный вопрос, – сказал Вестовер. – Мы гарантируем существенное вознаграждение и любую помощь.
– Мы можем начать обсуждение с суммы в полмиллиона долларов в находившихся в обращении и идущих не в серийной последовательности банкнотах, – добавил Мейчен.
– И, естественно, мы гарантируем безопасный отъезд из Нью-Йорка, предоставив либо машину, либо билет на самолет, – сказал Теркель.
– Вот оно что, – усмехнулся охотник. – Вы уже переговорили друг с другом, да? Три толстяка подтягиваются ночью в парк, чтобы потолковать о том, как бы изменить свою жизнь. Потому что жизнь, которую они сами выбрали, их больше не устраивает. И вот они, дрожа от страха, желают откупиться от того, кому обязаны успехом.
– Мы тебя наняли, мы тебя и… – начал было Мейчен.
– Вы меня наняли, вы можете меня и уволить? Я работаю на вас? Это вы хотите сказать? Да вы идиоты. Безмозглые, бесполезные слизни, да на вас смотреть смешно! Я на вас – не работаю. Это вы работаете на меня. Я просто нашел троих человек, которые настолько отчаянно хотели стать кем-то в этой жизни, что согласились платить мне за работу, которую я и без них собирался проделать! Вы не обозначили мне цель. Вы оплатили мой путь к ней. Я использовал ваши нужды для удовлетворения моих – моих! – потребностей! Вы работаете на меня, и мне решать, когда это закончится. А вы, все трое, как были посредственностями, так и остались. Просто ботинки в дорогих магазинах стали покупать. Вы только посмотрите на себя. Вы думаете: он убивал по нашей команде, чтобы сделать нас великими. Ничего подобного – никакие вы не великие. Вы просто то, что всплывает, если препятствия убрать. И вы не сможете от меня откупиться, потому что я работаю – не за деньги. Меня интересует сама работа. И вы продолжите платить мне за нее, как и раньше, и вы продолжите мне заказывать убийства этих современных людишек, потому что мне нравится их убивать. Понятно?
Повисло молчание. Охотник явственно чувствовал запах их страха.
– Вы даже не догадывались, кто я такой, правда? Вообще ничего не понимали. Думали только о том, чтобы урвать побольше.
Вестовер расстегнул пиджак.
Рука охотника тут же скользнула в сумку, нащупав рукоять полученного от Кутхи пистолета.
