Чужак появился на экранах внешнего обзора. В человеческом восприятии он был монстроподобным: бесформенная масса черного металла, угловатая машина без намека на грациозность. Он двигался с околосветовой скоростью, значительно быстрее, чем «Интерпрайз» и весь остальной флот Разрушителей. С дальнего расстояния корабль казался безжизненным и полностью лишенным изысканности, всегда сопутствующей межзвездным кораблям. Пока боевой компьютер выдавал данные траектории корабля, изображение чужака стало более ясным и четким. Экипаж «Интерпрайза» был в полной боевой готовности и настраивал аппаратуру для обеспечения атаки с максимального расстояния.
Главный оружейник сидел перед пультом связи и быстро отдавал приказы своим помощникам на других кораблях флота. Голову он держал все время повернутой набок, чтобы даже на мгновение не прерывать считывание информации, появлявшейся на многочисленных дисплеях. Подтверждения приходили одно за другим. Все позиции были рассчитаны и введены в главный компьютер. Если бы эксперимент Брона закончился крахом, то уже не было бы никакой возможности изменить тактику.
Брон наблюдал за показаниями приборов и, как только цифры соскочили к пулям, кивнул головой.
Человеческие пальцы сорвали предохранитель, и компьютер принял на себя руководство атакой. Но на мостике «Интерпрайза» никто не сомневался в том, что настоящая битва разыгрывается только между Броном-синкретистом и безжалостными формами Хаоса.
— Ты видел этот корабль, Док?
«Да. Он не может принадлежать Разрушителям. Это отвечает на много вопросов. Правительство Земли всегда отметало возможность внешнего вторжения или атаки внегалактических существ. Последние выборы прошли именно в таком духе. Теперь я понимаю, что они ошибались.»
— Кана оказался прав. Бомба именно их рук дело. Это чужаки уничтожили все те планеты. Поэтому Кана невиновен.
«Вместе с Ананиасом вы подготовили уничтожение их Базы и флота. Я послал эти записи в Штаб. Совет проверит их и решит, что делать дальше. Я оставляю дежурить Джесси, однако буду поблизости.»
Брон наблюдал за экранами. Все датчики сигнализировали, что скоро чужой корабль окажется в зоне досягаемости корабельных ракет. У Брона было туманное ощущение, что здесь что-то не так.
Наконец, он понял, что чужой шум в голове стих. Раньше голоса звучали четко и ясно, но теперь они успокоились, словно их владельцы приготовились смотреть спектакль, который вскоре должен был быть разыгран.
«Интерпрайз» первый выбросил цилиндрические тела ракет с мезонными боеголовками. Точность прицеливания позволяла попасть в цель с точностью до нескольких метров. Такой точности было вполне достаточно, чтобы уничтожить любой корабль на расстоянии в пятьдесят километров.
Однако Брон решил не рисковать. Увеличение изображения на экранах было таким, что ракеты, казалось, ползут, как улитки, а ведь каждая из них летела вперед со скоростью одной сотой скорости света.
До сих пор неприятель не делал ничего, чтобы защитить себя.
Вскоре «Интерпрайз» выстрелил еще одной серией ракет. На этот раз с ядерными боеголовками. Они направились не к кораблю чужаков, а в сторону точки, в которой согласно Хаосу должен был произойти взрыв. В атаке участвовало еще семь кораблей флота. Только пришельцы молчали и по подавали никаких сигналов, говоривших о подготовке к бою. Их корабль все так же медленно пронзал пространство, тихий и безмолвный, словно ему никто не угрожал. Шум голосов в голове появился было снова, однако тут же затих.
Наконец ракеты добрались до цели. Фантастический взрыв двенадцати мезонных боеголовок заставил отключиться камеры, и несколько секунд экраны мониторов оставались темными. Когда они вспыхнули вновь, на мостике раздался общий крик разочарования. Чужой корабль был невредим.
Он продолжал свой неумолимый полет в центр их эскадры, выдержав дезинтеграцию, которая должна была испепелить любой материал во Вселенной.
Несколькими минутами позже вторая волна ракет достигла заданной точки пространства и взорвалась с силой в восемнадцать террамегатонн вместо корвета «Анна-Мария». Сам же корвет летел прочь, видный на экранах как маленькая медная стрелка.
У Каны заблестели глаза.
— Спасибо, синкретист. Ты начал показывать свою настоящую цену. Никому в истории не удавалось манипулировать случайностями Хаоса. Конечно, учеба в этой сумасшедшей Семинарии на Онарисе тут ни при чем, да и вряд ли в Службе смогли бы тебя так подготовить. Ты прирожденный катализатор, а кроме этого, необыкновенный человек.
Брон собрался было ответить, по его прервал крик одного из операторов. Они повернулись к экранам, транслировавшим спектакль, который захватывал дух. Мезонные удары по чужаку не нанесли ему видимых повреждений, однако, скорее всего, все же сбили его с курса. Гигантский корабль теперь рыскал из стороны в сторону, но не как дрейфующий корабль, а как ветка в бурном потоке.
Все вглядывались в массивную и огромную махину, медленно вращавшуюся в космосе.
