— Который больше времени проводит с солдатами, чем на балу, слышала… Поскольку я временно замещаю отца, то я в данный момент полноправный правитель герцогства и обращение ко мне, связанными с делами герцогства, должно быть «ваша светлость», как к герцогу…
Торхейм явно вспомнил, как начал разговор, и побелел, но Элайна не дала ему время что-то напридумывать и продолжила:
— Но и обращение «леди» вполне корректно, поскольку сейчас все-таки бал, а не официальная встреча. Но при шевалье все-таки лучше соблюдать этикет. Все-таки речь пойдет о делах.
— А… да, конечно… Спасибо, ваша светлость.
— Так что вы хотели сказать?
— Да… прошу прощения, ваша светлость. В общем, если бы это был обычный гонец, то так бы и сделал. Велел бы ждать до утра. Но дело в том, что в качестве гонца прибыл сотник… Один из лучших командиров границы. Я подумал, что такой человек вряд ли приедет с какими-нибудь пустыми новостями…
— Сотник в качестве гонца? Хм… — Элайна оглянулась, заметила капитана, который что-то активно пытался доказать графу, а тот слушал со скучающим видом. Наконец с явной неохотой кивнул и отправился с ним.
— Господин Торхейм, — тихо позвала Элайна, продолжая наблюдать за капитаном и Дорстеном Корстейном, — я не понимаю, что вы там за интригу плетете с вашим сотником… Насколько это важно по-вашему? По шкале от одного до десяти?
— По шкале, ваша светлость? — растерялся Торхейм.
— Да. Единица — совсем не важно. Десять — срочно все хватать и спасаться. Для чего-то же вы устроили это представление? Я-то не понимала, но капитан кое-что растолковал… Я пошла вам навстречу, но хочу хотя бы понять, не стану ли я выглядеть в глазах Лерийского избалованной девчонкой, ради прихоти которой его сейчас оторвали от развлечений.
Торхейм помолчал, явно собирался с мыслями. Неизвестно по какой причине, но он решил быть честным.
— Если по шкале, то где-то на восемь… Ближе к девяти.
Элайна резко развернулась.
— О чём вы?
— Граница, ваша светлость. Приехавшие люди служат на самом острие атак гарлов. Их трудно чем-то удивить или напугать. Но сейчас из всех пограничных крепостей убирают женщин и детей. Обоз под небольшой охраной движется к Тарлосу.
Возможно, Элайна продолжила бы расспросы, но как раз в этот момент подошли два графа.
— Что тут у вас? — с явным недовольством поинтересовался Корстейн. — Неужели нельзя было потерпеть до завтра?
— Боюсь, это моя вина, шевалье, — мило улыбнулась Элайна. Капитан удивленно посмотрел на нее, но опровергать не стал. — Я услышала, что прибыл гонец с границы и не смогла удержаться от любопытства. Раз уж я заменяю отца, то должна и в дела вникать. А отец всегда уделял особое внимание Тарлосу и всему, что происходит тут. Вот мне и стало интересно. Вы же простите мое любопытство? — Главное — глазками так похлопать и мило улыбнуться. На не знающих Элайну действует безотказно.
Шевалье если и хотел возразить, то сейчас промолчал, только вздохнул. Глянул на застывшего Торхейма.
— Где там ваш гонец? Давайте его в… да в приемную, она тут недалеко. Знаете, где? Вот и отлично, значит, не заблудитесь?
Элайна чуть повернула голову, чтобы видеть шевалье. Срывать плохое настроение на том, кто ответить не может? Еще минуту назад она была о нём лучшего мнения. Тот, видно, прирожденным чутьем придворного, сообразил, что сейчас его позиции слегка пошатнулись, добавил:
— Не обижайтесь, сотник, устал немного. Давайте вашего гонца, поговорим.
Сама Элайна огляделась по сторонам, повелительно махнула одному из стражников. Тот поспешно подскочил.
— Ваша светлость?
— Разыщите графа Ряжского, он тут где-то должен быть. Скажите, что я хочу его видеть в приемной… Вы знаете, где она?
— Конечно, ваша светлость.
— Тогда проводите его прямо туда.
— Слушаюсь! — стражник моментально испарился.
— Стоит ли отвлекать графа от развлечений? — удивился такому решению Корстейн.
Капитан и Элайна оба одновременно улыбнулись.
— Он еще благодарить меня будет, — уверенно возразила девочка. — Вы совершенно не знаете графа. Поверьте, такие вот мероприятия его совершенно не развлекают. Для него нет ничего милее сердцу, чем его цифры и всякие статистики.
Гонец, которого привел Торхейм, появился почти одновременно с ними. Выглядел этот гонец… Гм… Плащ, цвета придорожной пыли, простой меч на поясе, кинжал, доспехов нет, только кожаная куртка, под которой надето что-то стеганное. Высокие сапоги со шпорами, кавалерийские брюки. В общем, его можно было скорее принять за обычного солдата, чем за сотника. Шевалье Лерийский наградил его хмурым взглядом.
— Представьтесь, — буркнул он.
— Картен, ваша милость.
— Картен и?..
— Всё, ваша милость. У меня нет фамилии.
— Простолюдин? Мне показалось, речь шла о сотнике из приграничья?
— Совершенно верно. Барон Горстайл доверил мне под командование сотню.
