— Что с того, если так? Главное, цель достигнута — Ангелина нам больше не помеха. Жаль, что я сразу до этого не додумался!
Егор взглянул на Петю, на лице которого читалось отвращение.
— Давайте послушаем мальчика. И оставьте это! — взорвался вдруг Редик. — Если я шантажом заставил нашу несговорчивую террористку отказаться от нападений, это не значит, что в случае чего, я отправлюсь мочить её родственников до седьмого колена! Всё! Проехали! Щепетильные вы мои!
Он нервно прошёлся по комнате, бормоча под нос проклятия, и сердито выставил стул на середине.
— Рассказывай! — велел он Пете.
— Я встретился с Майей вчера в половине девятого в ресторане гостиницы…
— Почему ты опоздал, она же ждала тебя в семь?
— Да, в восемь начиналась концертная программа. Сказал, что очищал пальто от краски.
Он ещё не получил Гелькин подарок!
Борис усмехнулся. А Редик заметил:
— Понятно, не хотел, чтобы она затащила тебя в номер… Ну, а после?
— После посмотрели концерт, встретили Новый год. Я вручил ей подарок, а она… сказала, что её подарок в номере, — скучно рассказывал Петя.
Борис с Сергеем не удержались, чтобы переглянуться.
— И что же было в номере? — спросил Редик, стараясь, чтобы вопрос не прозвучал двусмысленно.
— Подождите, когда я сказал про краску, Майя пожаловалась, что Ангелина вывела из строя троих её подручных, водителя и их электронику.
Егор изумлённо усмехнулся, а Редик заскрежетал зубами и язвительно обратился к Борису:
— Может, я был не так уж не прав, угрожая нашей партизанке?
Полетаев проигнорировал его вопрос и поинтересовался у Пети:
— Майя не говорила, что предпримет по этому поводу?
— Я понял из её фраз, что теперь она будет начеку. Она не уточняла, но сказала, что «знает, что ей теперь делать».
— Что это означает? — спросил за Бориса Редик, но никто ему не ответил.
— Она проговорилась в сердцах, что зря платит всей журналистской братии, раз они ничего до сих пор не смогли сделать с Ангелиной, что придётся с помощью Виктора надавить на полицию, чтобы возобновили расследование.
— Но она не это имела в виду, когда говорила, что знает, что ей теперь делать? — спросил Борис.
— По-моему, нет, — подтвердил Петя.
— И вы не представляете, что означает эта угроза?
— Нет, — заколебался парень. — Вы считаете это угрозой? Но это может означать усиление защиты или… лучшую конспирацию…
— … или какой-то изощрённый способ мести.
— Она обещала не трогать Гельку! — возмутился Петя. Егор фыркнул, а Редик воскликнул:
