— Ангелина, прекрати! — забеспокоился Учитель и отошёл к двери, стараясь не поворачиваться с Гельке спиной. Мысль, что она может напасть на Релика в таком состоянии, опять не позабавила Ангелину.
— Дыши! Спокойнее! — втащив в комнату кислородный баллон, Учитель наложил ей на лицо кислородную маску. Постепенно хрипы стали слабее, и Гелька, схватив напрягшегося Учителя за штанину, попыталась сесть. Открыть рот она не могла — её тут же бы стошнило, поэтому она упорно продвигалась в сторону ванны, преимущественно на четвереньках. Поднявшись при помощи Сергея Петровича на ноги и повиснув на нём, Ангелина доплелась до унитаза и опёрлась на него руками.
— Хм, что-то я не припомню таких последствий парализующего заклятия, — сомневаясь, рассуждал Редик за её спиной. — Ты же в прошлый раз в порядке была?
Ну, да, он её как-то уже вырубал. Тогда она чуть не потеряла зрение. Но нынешняя тошнота могла иметь другое происхождение. Или это всё из-за замкнутого пространства?..
Говорить Ангелина ещё не могла и только вцепилась крепче в унитаз, когда Редик попытался оторвать её от этого предмета обихода. Хмыкнув, шеф вышел в комнату и, заложив пальцы за ремень (это Гелька чувствовала затылком), заявил:
— Сейчас с тобой говорить бесполезно… прости, не могу пригласить Бориса, чтобы он тебе помог, — с лёгким поклоном, — если будет что-то необходимо, дашь знать. Связь у тебя только с моим автоответчиком в кабинете. Буду ждать сообщения, что ты готова сотрудничать. Если будут попытки побега или нападения, сидеть будешь долго. Кислород я тебе не оставлю — кто знает, что ты способна натворить? Паёк сухой. Предупреждаю, вода для водопровода берётся из небольшого резервуара, никак не связанного с поверхностью. Кстати, нырять в канализацию тоже не рекомендую. Если уровень воды в резервуаре резко снижается, это рассматривается, как угроза затопления герметического помещения, и подача воды автоматически прекращается. Поэтому если не хочешь сидеть без воды, пока я не наведаюсь, веди себя разумно и, от греха, не трать слишком много на умывание. Когда приду, не знаю, твои делишки разгребать приходится.
Гелька никак не отреагировала на его тираду — просто была не в состоянии. Каждое движение — даже зрачками — вызывало головокружение и рвотный позыв.
— Пожелания будут? — спросил напоследок Редик и вышел, волоча за собой кислородный баллон.
Ангелина мысленно измерила расстояние до кровати и осталась рядом с унитазом. Так она провела всю ночь. Как ни странно, здесь, в ещё более тесном помещении, ей было легче дышать из-за оставшейся открытой в комнату двери. Её по-прежнему мутило, но рвоты не было — она давно ничего не ела и просто умирала от жажды, но не могла подняться. Даже сил, чтобы инвертировать и почувствовать облегчение, у неё не было. Ангелина с тоской облизывала растрескавшиеся губы, прикидывая, хватит ли у неё сил доползти до кухни, а там — нереальный подвиг — встать на ноги, чтобы достать до крана. Сдвинуть крышку унитаза она тоже не смогла.
Постепенно Ангелина впала в сонное оцепенение. И ей уже казалось, что она встаёт и идёт, открывает кран, и в стакан в её руке льётся прохладная хрустально-чистая вода, наполняя его до краёв и заливая руки.
Редик, навестивший её на следующий день, потому что был обеспокоен состоянием, в котором оставил девчонку накануне (хотя собирался поначалу не появляться неделю и найти хулиганку шёлковой), пришёл в ужас, застав Ангелину в той же позе почти бездыханной.
Перенеся девочку на кровать, он попытался привести её в чувство, но на этот раз потерпел неудачу. Выругавшись, шеф вставил в разъём на стене короткую антенну, подключив к своему телефону, и набрал Бориса.
— Алло… жду тебя в секции номер пять. У нас проблемы… с Ангелиной.
Гельке сквозь льющуюся сверху воду слышались чьи-то голоса, шаги, прикосновения…
— Что ты с ней сделал?
— Выслушай меня спокойно… этим ты ей не поможешь! Я применил всего лишь парализующее заклятие — не слишком сильное, но такое, чтобы достало её наверняка. Когда я его снял, уже здесь, Ангелина была без сознания, и я привёл её в чувство. Дал кислород при приступе удушья. Она была слаба, её рвало… каюсь, я оставил её в таком состоянии, решив, что оно не опасно. Возможно, она пострадала в стычке с Майей…
Редик досадливо крякнул.
— Сегодня, увидев, что ей стало хуже, я сразу позвонил тебе.
Пытающийся помочь Ангелине, Полетаев не стал слушать дальше. Он осторожно поднял девочку на руки.
— У неё обезвоживание, она впадает в кому.
— Я не собирался её убивать, хотя повод у меня был, — произнес вслед ему Сергей Петрович. — Я знал, что ты мне не простишь…
Ангелина плавала в океане света. Не было ни боли, ни темноты — всё лучилось и сияло. Она дошла, нашла это место неизъяснимого блаженства — свой приют вечности. Вечность…
