– Черт знает, что. Ну ладно, это, наверно, непотизм, потому что это очень глупо. Он глуп. Мог бы быть умнее, раз он из такой семьи. Вот Бруберри – его секретарша – она умна. Но она не кровная родственница, поэтому на дверях сусальным золотом выводят его фамилию, а она правит из-за кулис. Впечатление такое. – Ева скользнула в постель. – Копперфильд говорила, что ее хотели подкупить. Если бы мне удалось доказать связь между нею и конторой Кавендиша незадолго до убийства, можно было бы надавить с этой стороны. Или…
– Вот что значит выпить слишком много кофе. – Рорк притянул ее к себе. – Выключи голову, и давай спать.
Легче сказать, чем сделать. Как всегда, он оказался прав. Она влила в себя слишком много кофе. И что ей теперь оставалось делать? Мысли бежали по кругу у нее в голове, путаясь и перетекая от Копперфильд и Байсона к Тэнди и обратно.
– Может, придется лететь в Лондон, – сонно пробормотала Ева. – А? Вот будет номер, если мне придется улететь из страны и преследовать по всему миру злодея-похитителя в тот самый миг, когда у Мэвис начнутся роды?
– Что это еще за «мне»? Немедленно исправь «мне» на «нам», а не то тебе будет очень-очень больно.
– Да ты только угрожать умеешь.
Но раз уж ее мозг отказывался отключаться, Ева решила, что ей сам бог велел заняться делом. Она провела кончиками пальцев вверх-вниз по спине Рорка, повернула голову и в темноте нашла его губы.
– Пытаешься воспользоваться моей слабостью?
– Чертовски верно.
– Да это я так спросил, на всякий случай. – Его губы изогнулись, прижимаясь к ее губам. – Ну что ж, давай. Я не в силах тебя остановить.
– Ну, тогда лежи и терпи. – Ева укусила его за подбородок, скользнула языком вниз по шее. – Но вообще-то ты мог бы позвать на помощь.
– Гордость не позволяет.
Тихонько посмеиваясь, она протянула руку вниз и нашла его уже отвердевшую плоть.
– О, да, с гордостью у тебя все в порядке.
Он был такой сладкий, такой теплый… Она прижалась к нему всем телом, потерлась обнаженной плотью о его обнаженную плоть и почувствовала, как быстро забилось его сердце. Она переместилась, легла на него и прижалась губами к его груди, где билось сердце.
Это было больше, чем желание. Это уверенность, утешение и сопричастность. «Я всегда рядом. Повернись ко мне, и ты меня найдешь». Этот простой ответ они всегда могли для себя найти, какие бы тучи ни сгущались над ними. В прошлом и в настоящем они всегда могли найти ответ, всегда могли найти друг друга.
Теперь она почувствовала на себе его руки, волшебные руки, умеющие успокаивать ее и возбуждать. Вот и сейчас они с успехом делали и то и другое. Еще минуту она оставалась неподвижной, впитывая с закрытыми глазами радость осознания того, что она ему принадлежит. Потом в полной темноте и в полной тишине она подтянулась вверх, и их губы снова встретились.
Они вместе окунулись в движение и жар, их увлек обжигающий поток острого желания. Эти запахи и звуки, ощущение ее тонкого, гибкого тела – все это было таким знакомым и таким желанным! Как никто другой, она умела добраться до его самых потаенных уголков. Его женщина. Высокая, стройная, отважная. Сильный дух и непримиримый, ищущий ум. Его радость и его спасение.
Здесь все было так просто, так ясно. Их тут было всего двое, и в этом танце каждый из них мог вести и быть ведомым.
Страсть к ней была любимой песней, звучавшей в его крови.
Ева оседлала его, их руки сплелись, он втянул ртом ее сосок. Она целиком погрузилась в наслаждение, выбросив из головы все, кроме того, что они давали друг другу.
Медленно, медленно она вобрала его в себя.
Он задрожал, жарко зашептал ей на ухо, заполнил ее собой. Ее тело изогнулось назад – узкая белая дуга в полутьме. Потом она принялась раскачиваться взад-вперед, они оба начали задыхаться.
Они обвивались друг вокруг друга и плавно скользили вниз с вершины. Она перебросила ногу через его бедро и прижалась лбом к его шее. Оба ждали, когда к ним вернется разум.
– Лучше, чем торт, – вымолвила Ева, и Рорк засмеялся:
– Согласен. А ведь это был чертовски вкусный торт.
– Угу. А который теперь час?
– Э-э-э… где-то после трех.
Ева произвела вычисления в уме.
– Годится.
Она подняла голову и крепко поцеловала его в губы. А потом перевернулась на другой бок и села.
– Что это вы задумали, лейтенант?
– Собираюсь разбудить кое-кого в Европе. Включить свет, пять процентов, – подала Ева голосовую команду. – Пойду сперва душ приму, – добавила она, когда скрытые лампы тускло засветились. – Смою с мозгов остатки паутины.
Рорк заложил руки за голову.
– Значит, со мной ты просто время коротала, дожидаясь часа, когда будет прилично поднять с постели какого-нибудь беднягу в Европе воскресным утром.
– Ну да.
– Ты меня использовала! Ну, спасибо.
– На здоровье. – Теперь Ева чувствовала себя прекрасно. Голова была ясной. К ней пришло второе дыхание. – Я только запущу в ход кое-какие механизмы, а потом посплю пару часиков.
– Обязательно. – Рорк сел, спустив ноги с кровати. – И не пару часиков, а больше.
– Ты не обязан вставать.
