https://redirect.appmetrica.yandex.com/serve/821003150902187218
Я умиротворённо улыбалась, прикрыв веки. Айзек приобнял меня за плечи, и я будто почувствовала, что с его лица тоже не сходит улыбка. Ночную тишину прерывал только шелест тёплого осеннего ветра. Если бы кто-то видел нас сейчас, то вряд ли догадался бы, что мы пережили за пару часов. Здесь мы могли быть всего лишь подростками.
– Айзек? – вдруг спросила я.
– Да?
– Что вы обнаружили там, в больнице?
– О, я нашёл балкон с отличным видом. Сейчас в больнице балконов не найдёшь! Интересная конструкция здания.
– И правда!
– Хочешь посмотреть?
– Конечно! – Я протянула ему руку.
Айзек взял меня за руку, и мы вернулись в больницу, но на этот раз пошли на второй этаж. Ступеньки скрипели под подошвами, когда мы поднимались по деревянной лестнице с изящными резными балясинами, тронутыми временем.
На втором этаже света было больше: в конце коридора я заметила большое окно, а рядом с ним – дверь на балкон. Мы, стараясь не поднимать шум, двинулись к выходу. Дверь решили не открывать и просто вылезли через окно.
Отсюда открывался вид на другую часть острова. Он весь был застроен одноэтажными зданиями, которые раньше, по всей видимости, были хозяйственными постройками. Здесь должна была кипеть жизнь, пусть и больничная – рутинная и безрадостная.
Я двинулась дальше, любуясь красотой ночного леса. По правую руку от меня я заметила такие же окна и двери, как в коридоре: они были не у каждой палаты, а только через одну. Неожиданно я услышала странный звук, доносящийся из одной из палат, и, жестом приказав Айзеку молчать, украдкой заглянула в комнату через окно.
Майлз и Хезер стояли посреди комнаты, повёрнутые боком к окну. Намотав волосы подруги на кулак, Майлз держал её голову, и губы их сцепились в яростном поцелуе. Он первым разорвал его. Взяв её за подбородок, он сквозь зубы прошептал ей что-то на ухо, но расслышать я не смогла.
Майлз был жесток с ней. Едва Хезер открыла рот, чтобы ответить ему, он тут же резко развернул её спиной к себе. Я пригнулась и, кажется, осталась незамеченной. Айзек подёргал меня за рукав куртки, и я, повернувшись к нему, одними губами произнесла:
– Ни звука!
Затем я вновь взглянула в комнату через окно. Теперь Хезер была повёрнута лицом к нам. Но, опираясь руками о железный поручень больничной койки, она через плечо смотрела на Майлза, который прижался к ней пахом. Я услышала её раскатистый голос с томными нотками:
– Что ты хочешь сделать, Майлз?
– Мы ведь не поболтать сюда пришли?
– Так не болтай.
Он не позволил ей повернуться. Одной рукой он забрался под майку подруги, другой же нащупал застёжку на своих джинсах. Ночную тишину разрезал звук расстёгивающейся молнии. Я застыла как вкопанная, не в силах оторвать взгляд от этой картины – довольно жуткой и даже жестокой.
– Ну же, Майлз, чего медлить? Ты же давно хотел, разве нет?
– Лучше тебе заткнуться, Хезер…
Майлз развернул Хезер лицом к себе и впился в её губы. Не прерывая поцелуя, он схватил девушку за волосы.
– Что ты… – Её глаза округлились.
– Сама ты рот закрыть не в состоянии, да?! – Он потянул Хезер за волосы вниз, а затем приспустил джинсы вместе с бельём.
https://redirect.appmetrica.yandex.com/serve/1181293272551747526
Хезер подалась вперёд, поднимая глаза, чтобы он видел её томный взгляд. Мои глаза расширились, когда я поняла, чем они занимаются, а тем временем Майлз уже направлял её, задавая ритм. Закрыв глаза, он двигался сам и заставлял Хезер делать это, совсем не заботясь о том, каково ей было стоять на коленях в холодной палате с грязным полом. Влажные звуки заполнили палату, смешавшись с тяжёлым дыханием обоих и редкими стонами Майлза, больше напоминающими рык.
Когда Хезер увеличила темп, Майлз разжал кулак и отпустил её волосы, позволяя ей делать всё самой. Движения становились всё быстрее, и с каждой минутой я всё больше понимала: я влипла, потому что не смогла вовремя уйти отсюда. И если один из них заметит меня, то мне точно конец! Айзек, стоящий поодаль и прижавшийся к стене, и вовсе не понимал, что происходит в палате.
Тем временем Хезер, по всей видимости, сделала что-то невероятное: Майлз застонал так, что разбудил бы все соседние палаты, будь они обитаемыми. Он схватился руками за железный поручень кровати позади Хезер и стал толкаться вперёд. От резких движений Майлза старая больничная койка заскрипела. И скрип этот смешался с тяжёлым дыханием, становясь отчётливее, сильнее и интенсивнее.
– Чёрт! Да! – прорычал Майлз.
От его голоса мне стало не по себе: словно это не Хезер, а я стояла там на коленях, ублажая ртом человека, который даже не смотрел на моё лицо. Меня передёрнуло от этого ощущения, а он, тем временем, продолжал:
– Ты сегод-д…
Звук вдруг прекратился. Я увидела, как Майлз открыл глаза, и вновь пригнулась. Послышался звук падения, а после – истошный вопль Хезер:
– А-а-а! Помогите!!!
