Но здесь, на Олимпе, было пусто. Ни единой живой души! Я всё-таки прошла вглубь комнаты, подмечая новые детали: на некоторых столах «олимпийцы» оставили пустые кофейные стаканы и чипсы, а возле одного монитора и вовсе стоял золотой кубок. Но самым интересным было то, что Айзек оставил на стуле свой рюкзак, а на столе – какие-то бумаги. Первая была распечаткой статьи из местной газеты:
«Из-за происшествия в местной больнице пострадало несколько человек. Двое из них скоропостижно скончались от полученных повреждений. Остров, на котором расположена больница, объявлен карантинной зоной. 05/26/1999»
Значит, Айзек решил покопаться в архивах и преуспел! Это было довольно любопытное совпадение, которое могло бы объяснить, почему Шерон Андервуд не хочет вспоминать об островной больнице. В конце концов, последний документ из тех, что я нашла на острове, был датирован 19 мая того же года. Но у меня не было ни единой версии, как эта женщина может быть причастна к трагедии. Ещё меньше верилось в то, что это происшествие как-то касалось моей мамы.
Я отложила страницу в сторону и бросила взгляд на другой документ. Он плохо пропечатался, словно оригинальный текст был сфотографирован наспех, поэтому многие слова невозможно было прочесть. Документ оказался распоряжением городского совета о снятии карантина, подписанным в июне этого года. Внизу страницы было подписано: «Один из источников утверждает, что карантин сняли с целью продать убыточный остров».
В кармане завибрировал телефон. Лин прислала мне сообщение: «Эванс, срочно приезжай в больницу! Айзеку стало плохо, и никто не знает, что с ним!»
Зато я хорошо знала, что с ним. И понимала, как его спасти. Держа в руках телефон, я достала из кармана скомканную бумажку. На ней Айзек записал номер Шерон. Дрожащими пальцами я набрала сообщение в надежде убедить её встретиться со мной. Я не представляла, что она ответит. Что уж там: и вовсе не знала, прочитает ли она моё сообщение! Но почему-то одна мысль о том, что кто-то, так долго скрывающий свой секрет, может оказаться тем самым нужным человеком, согревала меня и давала надежду. Мне хотелось верить, что встреча с Шерон будет словно волшебная таблетка: принял – и всё прошло!
И когда Шерон написала, что постарается не опоздать на нашу встречу, я мысленно пообещала себе, что спасу Айзека любой ценой.
Сидя за столиком в уютном уличном кафе, я смотрела, как с деревьев опадают последние листочки. Это было отличное место для прогулки, и я подумала, что в следующий раз могу взять кого-то с собой.
Скоро зима должна была вступить в свои права. Когда мы готовились к переезду, мне было трудно представить, что я встречу Рождество в Нью-Йорке, а теперь оно подбиралось всё ближе. Местные говорили, что ноябрь выдался на редкость тёплым, и снега в этом году не ожидали. Но я всё равно не теряла надежды. Это вообще теперь было моим девизом. Вот и сейчас я нетерпеливо поглядывала на часы, моля всех олимпийских богов о том, чтобы Шерон Андервуд всё-таки пришла и спасла нас.
https://redirect.appmetrica.yandex.com/serve/100427212234176103
– Мисс Эванс? Прошу прощения, что задержалась.
– Эванс. Пожалуйста, просто Эванс.
– Хорошо. Твоё сообщение меня встревожило.
– Мой друг в больнице. И я уверена, что это связано с больницей на острове. Только вы можете помочь, мисс Андервуд…
– Расскажи мне всё. И, пожалуйста, называй меня Шерон.
Я начала рассказ с того, что увидела на заводе, и Шерон внимала каждому моему слову. С каждой минутой выражение её лица становилось всё беспокойнее. На рассказ о событиях той ночи ушло не меньше четверти часа.
– Почему ты уверена, что завод и остров как-то связаны? – спросила она.
– Слишком много совпадений. К тому же, Айзек нашёл это. – Я протянула ей документ с информацией о снятии карантина. – Мистер Коулман приобрёл завод примерно в то же время, когда сняли карантин. Уверена, эти события как-то связаны.
– Коулман не владеет этим заводом, им владеют более серьёзные люди из KoGo Corp.
– Я о них не слышала.
– Но наверняка видела название на фасаде того самого здания завода. Не удивляйся, Эванс: Нью-Йорк может казаться тебе огромным, но слухи здесь распространяются быстро.
– А слухи об острове тоже дошли до вас?
– Нет. Судя по всему, городской совет постарался уладить все дела с островом тихо. Глупцы! Слишком рано. Этот остров очень опасен. И если пациенты с завода имеют отношение к тому, что мы изучали в островной больнице, то боюсь, ситуация крайне серьезная.
– Значит, мои друзья в опасности?
– Мне сложно сказать, что с ними. Судя по тому, что ты рассказала, на всех вас попало вещество в разных количествах. Но дело вряд ли в этом. Важно, что вы вдохнули, понимаешь?
– Кажется, да. Но почему тогда я чувствую себя отлично?
– Полагаю, у тебя может быть иммунитет. Бриджит ведь перенесла этот вирус.
– Что? – Я вздрогнула.
– Вечно я болтаю лишнее… – Шерон вздохнула и спрятала от меня глаза.
– Пожалуйста, расскажите, что произошло!
– Я не могу рассказать тебе всего, Эванс. Я хотела бы.
