Рана получилась глубокой, и мечник, попятившись, бездумно зажал её ладонью, чтобы остановить хлещущую кровь. Меч он, конечно же, опустил — всего на секунду, от боли и неожиданности; но Бри уже по опыту знал, как важно не пропустить эту секунду. Резко прыгнув вперёд, через сугроб, он выставил вперёд меч. Целился в бок — туда, где заканчивался нагрудник. Раненой рукой мечник неуклюже отбил удар (Бри видел застывшую гримасу боли), но от толчка не удержал равновесие и повалился на спину, в снег. Бри ногой выбил оружие из его ослабевшего кулака (раздался хруст — вывих или перелом запястья?) и занёс меч.
Шлем съехал с мечника; он дёрнулся, пытаясь встать, но Бри поставил ногу в сапоге ему на грудь, и сделать это было не так-то легко. Морщась, он продолжал осыпать ругательствами коронников в целом, Бри и «коротышку Р'тали» — в частности. Не задумываясь о том, откуда ему известно о росте лорда Иггита, Бри сказал:
— Да хранят тебя четверо богов, — и начал опускать меч. Он не был уверен, что сталь пробьёт прочный ти'аргский нагрудник, поэтому приготовился к рубящему удару — отсечь голову. Ему уже доводилось делать это. Труднее всего было не смотреть в глаза.
Он только что заметил, что мечник уже был ранен: кровь виднелась на рёбрах, чуть ниже подмышки. Видимо, кто-то постарался до него. Вот почему противник становился тем слабее, чем дальше тянулся крошечный переулок.
— Вы за это поплатитесь, — сухо сплюнув, прохрипел мечник. Бри невольно остановил клинок. — Все вы, помяните моё слово! Наместник Тэска вас на клочки порвёт, — улыбка исказила грязное, обветренное лицо — улыбка, от которой Бри стало жутко. — А недоростка Р'тали, наверное, пустит на ужин. Вот бы на это посмотреть!
Наместник Тэска?…
Бри стоял, не в силах опустить меч — не в силах именно от того, что истекающий кровью человек смотрел на него в упор и улыбался. Никто при нём не улыбался в такой момент. Никто, даже альсунгцы.
Резкая боль отрезвила Бри: собравшись с силами, мечник пнул его по щиколотке. Он покачнулся, но устоял; мечник снова приподнялся, однако встать и обезоружить Бри так и не смог.
Сбоку заскрипел снег: к ним бежал раздражённый Дауш. Бри увидел брызги крови на его лице и светлой чёлке.
— Ну и чего ты стоишь? Прикончи его!
Бри не ответил. Пробурчав что-то вроде «слабак», Дауш оттолкнул его плечом, сам встал над воином и занёс свой двуручник — лезвием вниз, чтобы проткнуть насквозь. Страшный удар, особенно в исполнении здоровяка Дауша. Бри заставил себя смотреть.
«Я защищаю Эльду и мать, — повторял он про себя в подобных случаях, чувствуя, как противно сжимается и тянет что-то внутри. — Эльду и мать. А ещё искупаю свою вину перед леди Уной. Это всё ради них».
Но порой было сложно не отворачиваться.
Дауш опустил меч хладнокровно и точно — как полагается. Громоздкое лезвие пробило доспех и вошло в грудь; по рукам и ногам воина прокатилась предсмертная судорога, рот раскрылся в беззвучном крике. Фонтанчик крови из пронзённого сердца оросил снег, брызги долетели до стены и до сапог Дауша. Наверху воплями и плачем заходилась старуха.
Дауш стряхнул кровь с меча; потом наклонился и вытер его о плащ убитого. Выпрямившись, спокойно оглядел переулок — теперь пустой, если не считать трёх трупов. Ветер стих, и снег уже не заметал их.
— Пошли, — сказал он Бри. — Слышишь, как шумят? До ратуши нам ещё топать и топать.
Бри кивнул и зашагал рядом с ним, не убирая меч. Он знал, что Дауш незлой человек и не станет припоминать ему эту слабость — знал, но всё равно был раздавлен тем, что он видел её.
— Он сказал кое-что странное, — выдавил Бри. Они свернули на соседнюю улочку и шли, перешагивая через сугробы и мёртвые тела — здесь были и коронники, и воины Меертона. Один паренёк — ещё живой — тихо стонал, привалившись к стене дома; возле него валялись меч и порубленный деревянный щит, из распоротого живота время от времени вываливались внутренности. Бри отвернулся. — «Наместник Тэска». Ведь наместника зовут Велдакир?
— А ты не знаешь? — Дауш удивлённо поднял брови. Он хищно вдыхал холодный воздух, точно наслаждаясь запахом крови и близкой схватки: неподалёку, за поворотом, звенела сталь. — Велдакир помер. Уже дней десять назад. Мне Келдар говорил.
— Да?! — Бри опешил. Всё это время он думал, что сражается против человека, за деньги которого продал семью Тоури — а того, выходит, уже нет в живых? — Но… Арон ведь провалился. Я слышал, что он пытался убить наместника, но…
— Да причём тут Арон? — Дауш сердито отмахнулся. — Болел он какой-то дрянью, вроде уже много лет. Вот и помер, слава богам. А преемником назначил какого-то Тэску. Говорят, он того… — и Дауш скорчил рожу, совершая странные пассы руками. — Ну, ты понял.
— Эмм, нет, — переступив через убитого, лежавшего перед входом в таверну — об этом возвещала медная вывеска в форме кружки, — Бри вспомнил угрозу мечника об «ужине». Что за слава у этого Тэски? — Маг?
— Хуже, — Дауш ухмыльнулся. — Оборотень. Получеловек-полузверь.
Значит, просто выдумки. Бри вздохнул с облегчением.
