— Прости, что не вспомнил твоё лицо. Дело не в страхе. Просто это было бы совершенно бессмысленно и нарушило бы баланс магических сил, который в Обетованном и так расшатан из-за действий Хавальда и той, кому он наследовал. Альсунг недопустимо подавляет магию. Но расширение Великой войны тоже недопустимо — просто потому, что жертв со всех сторон было бы гораздо больше, чем пользы. Не из «соображений нравственности», — он позволил себе слабую улыбку. — Эти годы, наоборот, сильнее убедили меня в том, что нравственность — весьма относительное понятие.
— Но без тебя магия хиреет, а Обетованное гниёт изнутри! — на скуластом лице красной лисицы смешались разочарование и надежда. — Едва ли не все духи стихий уже оставили его, и без огня, крови и Хаоса такая же участь ждёт нас.
— Это правда, — человек в разноцветных перьях громко вздохнул. — Мир подгнивает. Здесь слишком спокойно и скучно. Только войны двуногих что-то меняют, да и те проходят далеко от нас и почти без чар.
— Не в моих силах изменить это, — лорд Альен открыто смотрел в лицо (или в морду) каждому из оборотней, выглядящих недовольными — и они отводили глаза. — И не в силах кого-либо из смертных. Каждый мир развивается по своим законам, и Обетованное — не исключение. Если обстоятельства сложатся так, что миром будут править люди и магия исчерпает себя — так и будет. Если люди сгинут… — он красноречиво умолк.
Шун-Ди невольно подумал, что самого лорда Альена наверняка устроил бы последний вариант.
— Не в силах кого-либо — даже не в твоих? — спросил кто-то из волков.
— Разумеется.
— Но двадцать лет назад ты изгнал тауриллиан! Ты начал новую эпоху!
— Именно поэтому я больше не должен вмешиваться, — лорд Альен помолчал; тень сосновой лапы кружевом ложилась на его бледный лоб. — Моя история закончена.
— Нет, — вдруг сказала Уна — с твёрдостью, удивившей Шун-Ди. Лис усмехнулся и щёлкнул пальцами, точно услышав забавную шутку. — Это не так. Ты здесь, и это доказывает, что она не закончена. Она продолжится в Ти'арге.
Лорд Альен взглянул на Уну; невозможно было понять, угодили ли ему её слова. Раньше такая вера восхитила и растрогала бы Шун-Ди — в конце концов, учение Прародителя предписывает детям безоговорочно почитать родителей и доверять им, — но теперь — теперь он не знал. В том, как Уна смотрела на отца, в том, как говорила с ним, было что-то нездоровое. Что-то похожее на чувства, с которыми утопающий цепляется за прыгающую по волнам доску, спасаясь от рёва бури.
Но у каждого из них здесь — своё нездоровье. Он не имеет права осуждать.
— Может быть, и так, — внезапно лорд Альен протянул руку и снял с плеча Уны белокрылую бабочку — одну из крупных бабочек, что в таком изобилии населяют Лэфлиенн. Мёртвую. Снял и сдул с ладони на землю. На какой-то безумный миг Шун-Ди показалось, что сейчас она полетит. — Однако продолжение всё равно будет отличаться от того, что было прежде. Вы можете, если хотите, поддержать меня в войне за Ти'арг. Можете даже обосноваться на восточном материке, в мире людей — в чём некоторые из вас уже вполне преуспели, — быстрый взгляд в сторону Лиса; тот насмешливо поклонился. Дуункур снова заскрипел зубами (как они у него не сотрутся?…), а лорд Ривэн, выслушав перевод Шун-Ди, одобрительно хихикнул. Если он и был — где-то в глубине души — разочарован тем, что его старый друг не собирается становиться властителем мира, то никак этого не показывал. — Но после войны, каким бы ни был её исход, я покину Обетованное. Баланс не будет сдвинут в сторону Хаоса. И схватки между Лэфлиенном и королевствами людей тоже не будет.
— Лишь потому, что ты так решил? — запальчиво спросил какой-то юный волчонок. Он только что принял человеческий облик и теперь стоял, уперев руки в бока, возле рыжей девушки-белки. На его поясе красовались ножи — не менее острые, чем под безрукавкой Дуункура.
Смиренно лежащая на брюхе волчица — вероятно, мать — клацнула на юношу зубами: мол, знай своё место. Лорд Альен поднял бровь.
— Да, — просто сказал он. — Потому что я так решил.
— Вот и правильно, — шёпотом выдохнул лорд Ривэн. Шун-Ди не покидало ощущение, что он на грани того, чтобы захлопать в ладоши, подпрыгнуть или ещё как-нибудь — совсем не аристократически — выразить свой восторг. — Так они вернее пойдут за ним. Ох, несдобровать наместнику с Хавальдом!..
Судя по серьёзному и задумчивому взгляду Уны, она не воспринимала ситуацию столь же безоблачно. Вдобавок ко всему, лорд Альен впервые прямо сказал, что не останется в Обетованном надолго; это наверняка подкосило её. Сапфир в её кулоне время от времени вспыхивал красным. Шун-Ди заметил, что в такие моменты Лис настороженно на него поглядывает.
А может, не на него.
Хватит. Запретная область.
