После 1861 г. новое боролось со старым в бытовом укладе, образе жизни всех слоев населения России. Массы русского народа — крестьянство, старозаветное купечество, мещанство, духовенство — продолжали жить дедовскими обычаями. Глава семейства полновластно решал дела детей — шла ли речь о женитьбе, замужестве, об отдаче в ученье или об уходе из дома. Деревенская община — «мир» — делила землю и раскладывала подати, помогала неимущим, следила за благочестием и нравственностью односельчан. Жизнь крестьянина определял особый мир вековых обычаев и представлений: в него входили былины и сказания, культура труда, цикл церковных, земледельческих праздников с песнями и плясками.
Вместе с тем все больше крестьян соприкасалось с иными культурными укладами: уходило на заработки в город, попадало на фабрики, втягивалось в торговлю. Менялся и внешний облик крестьян. Покупная одежда понемногу вытесняла домотканную. Все чаще в деревне можно было встретить газету и книгу. На зимних «посиделках» грамотные крестьяне вслух читали историческую литературу, повести Пушкина и Гоголя. Но куда разительнее были перемены в городском быту. На смену полусельским барским особнякам и домишкам обывателей шли многоэтажные доходные дома, индустриальные корпуса, рабочие казармы. Резко возрос темп жизни. «Ворвался Манчестер в Царьград, паровики дымятся смрадом; рай неги и рабочий ад», — описывал пореформенную Москву поэт П. А. Вяземский.
Новый уклад жизни раскрывал перед человеком широкие перспективы, укреплял самосознание, самостоятельность личности. Но были и теневые стороны: рост эгоизма и стяжательства, разрушение традиционных нравственных устоев. В деревне ослабло уважение к старшим, росли пьянство, страсть к азартным играм, стремление обобрать односельчанина. Городской обыватель ежедневно узнавал из газет и по слухам о грандиозных мошенничествах, банковских растратах, небывалом взяточничестве. Резко углубилась пропасть между богатыми и бедными. Страдания человека в новом суровом мире стали одной из главных тем литературы.
Образование. Грамотность в пореформенной России требовалась буквально на каждом шагу. Она была необходима новобранцу в армии, крестьянину, ушедшему на фабрику или в торговлю. Поэтому просвещение народа сделало после 1861 г. значительный шаг вперед. Если в 1860-е гг. читать умело лишь 6 % населения, то в 1897 г. — 21 %. Количество начальных школ выросло за пореформенный период примерно в 17 раз.
В России сложились три основных типа начальной школы:
Развивалось и среднее образование: его давали
Массы гимназистов, «реалистов», выпускников духовных семинарий каждый год пополняли студенческие ряды. Число высших учебных заведений выросло за пореформенный период с 14 до 63, в них обучалось около 30 тыс. студентов. Во второй половине XIX в. был основан ряд новых университетов — Варшавский, Новороссийский (в Одессе), Томский, но больше внимания уделялось специальным высшим учебным заведениям. Их возникло около 30, в том числе Московское высшее техническое училище, Петровско-Разумовская земледельческая академия и др. Появились зачатки высшего женского образования — курсы профессора В. И. Герье в Москве, профессора К. Н. Бестужева-Рюмина в Петербурге.
Просвещение в России всегда было тесно связано с политикой и зависело от общего государственного курса. В 1860-е гг. высшей школе была дана автономия. Средняя школа была объявлена открытой для всех сословий. В начальном образовании сосуществовали школы разных типов. В 1880-е гг. усилился правительственный надзор над просвещением, укреплялись сословные начала, доступ женщин к высшему образованию был затруднен, в начальном образовании делался упор на церковные школы.
