– А дальше наш юноша расстрел устроил. Из барсетки, помнишь, модно раньше было... Это потом уже в них деньги да бумаги таскать стали. Кобура же идеальная. И вот такого я даже на тогдашнем беспределе не помню. Стреляли, да. Наглухо, случалось. Но вот чтобы так, четверых валом, двоим контроль, перезарядить, и контроль остальным – это нет. Это я, блядь, не знаю, кем быть надо.
– Не подумала бы сроду.
– Да ты вообще ничего не думала. Ой интересно, ой, какой мущщина. Ты мне ещё потом про Леонидова расскажешь, почему у него в халупе кензой твоей пахло.
– Дима.
– Потом, говорю. Я плачевен. Излагать получается, прокупать нет. Еще бульона дай.
– Щас. Так а потом что по Яковлеву?
– Потом девяностые закончились. И о нем лет десять ничего слышно не было. А тут опять явление святого Михаила – массовика затейника и друга хипстеров и тинейджеров. Сначала открыл кофейню. Там сейчас веганская столовая. После запрета курения в общественных местах не стал ждать, пока клиентура уйдёт – сразу и закрыл. А ещё через три года – квесты. Сам вёл сначала. И до сих пор иногда сам ведёт. Позиционирует всё это как интеллектуальный досуг для засидевшихся в телефонах подростков. И снова хипстеров.
– Этих квест-румов до хрена и больше.
– Ага. Только в основном после них фотки в инстаграме под апельсиновый раф, а не дурка с моргом.
– Дим, ну вот все, что ты сказал даже как-то логично. У меня бы только уши вызвали вопросы, а все остальное – биография, не самая среднестатистическая, но биография. Ну расстрел – пиздец, конечно. Но в принципе тоже логично.
– Это ты пиздец, а не расстрел. Но тебя жаль почему-то. Поэтому продолжаю.
– Прости, пожалуйста.
– Яковлев зачем-то в Додоново каждую неделю таскается. А Додоново, помнишь, я говорил тебе, чтоб ты все забыла, что по пьяни я придумал, что литературщина? Так не литературщина.
И с чего это все кажется тебе логичным? Мальчик из Дудинки, унылый электрик, вдруг в одночасье в 22 года миллионером становится? Логично? Бабы убиваются в прямом смысле после игрищ, логично? Теперь надо выяснить, какого рода у него к тебе интерес. С тем, что интерес есть, ты спорить, я думаю, не будешь.
– Не буду. Может, просто того.. Ну..
– «Того» и «ну» можно без спецэффектов. А тут стресс-тест какой-то.
– Тест, значит. На выявление чего?
– Кто бы знал. Давай ещё сорок, и вызываю. Завтра про Леонидова расскажешь. Честно и детально.
– Дим, да ничего такого.
– А такого и не надо. Там вдоволь уже. Обстоятельства вспоминать будешь. Приехал, пойдём.
– Пойдём.
– По поводу завтра, – Дима открыл дверь такси, – садись, инструкции у тебя имеются, не отсвечивать. По поводу завтра. Завтра в двадцать ноль ноль будешь дома. Я приеду. Никого не впускать, на работе скажи, что заболела, больничный на неделю сама сделаешь?
Катя села на заднее сидение. Дима обошел машину и сел с другой стороны.
– Поехали.
– На неделю?
– Пока на неделю. Ладно, больничный завезу тоже завтра. Звони уже своему Игорьку, говори, что ангина у тебя или как ты там обычно от работы отлыниваешь?
– Игорь Сергеевич, я заболела очень. Да. Не приду завтра. Конечно, врача вызову, чтобы официально. Боюсь, двумя днями не отделаюсь. Нет, на презентацию не приду, температура высокая, понимаете. Спасибо, Игорь Сергеевич! Спасибо! Не надо больничный? Хорошо, я тогда если через дня три не приду в себя, все равно возьму. Нет, не смертельно.
– Вот. Сиди дома. В магазин выйдешь – Игорька встретишь, а он тебе пиздов даст за прогулы. Еда дома есть? Доставку тоже не заказывай.
– Дим, ты в себе? Это ж просто доставка еды.
Дима глянула на Катю так, что она поняла, что будет до завтра питаться исключительно гречкой и креветками, оставшимися с нового года.
– И не вздумай забухать.
– Да кто бы говорил!
– Приехали. Десять минут подождите, сейчас обратно поедем, - обратился Дима к таксисту.
Дима довел Екатерину Павловну до квартиры.
– Яковлев здесь был?
– Ну был.
– Тогда сейчас молча заходишь в квартиру, молча отключаешь всю технику, роутер, компьютер. Всё из розеток. Далее идешь и вырубаешь пробки. Делаешь все быстро – такси ждёт. Потом захожу я. А там увидишь.
34
Всё началось, когда мне прислали кассету
– Пожалуйста. Вот микрофон. Поздравляю тебя, Шарик, ты балбес. Сколько раз говорил тебе, не таскай ты всех подряд в хату. Ладно, поехал я.
Ну вот и как Катя расскажет все подробности? Что говорить? Как ляжками после душа перед Яковлевым сверкала? Или как с Леонидовым до полускоткого состояния в кабаке нажралась? Дима-то думает, что Катенька – девочка-цветочек, а тут. Впрочем, какая ей разница, что Дима думает? Кто он ей такой? Так, сладкой иногда называет – вот и все чистые чувства. Разве что переименует в телефоне в Катьку-геронтофилку.
И про кассету надо рассказать. А как про кассету рассказать без горящих самолетиков?
– Всё началось, когда мне прислали кассету. Точнее, я ее случайно нашла в своей посылке.
– То есть прислали. И что было на кассете?
– Разговор был. Я вообще не поняла, о чем эти люди говорили.
– Включай.
– Семёнов…
– Да, Николаич, и тебе не болеть.
– Да.
