12 августа Оля проснулась раньше отца, обычно она не будила его. Сегодня его утро началось с голоса Олицы.
– Мама сказала, что пора домой. Пошли на электричку?
– Что?
– Мама сказала.
Саша лениво открыл глаза, это был его первый отпуск за четырнадцать лет, ему хотелось спать. Ему, конечно, всегда хотелось спать. Но на работе, где он пребывал практически постоянно, этого делать было нельзя. Он и не делал.
– Поехали уже, пап.
– Тебе что-то плохое приснилось? Так это сон. Иди поспи ещё. И я посплю.
– Нет, поехали, пожалуйста. Нас там ждут.
– Кто ждёт?
– Как кто? Кот наш. Ему там грустно у двери.
– Нет у нас кота.
– Есть. Ну, пожалуйста, поехали скорее.
– Ладно, поехали.
До станции было недалеко. Вещей у Свирских было немного – собирать нечего. Они уехали на первой электричке.
Под обитой вагонкой дверью их квартиры сидел черно-белый кот. Выглядел он вполне домашним. Свирский открыл дверь, кот вошел, прогулялся до комнаты Олицы и лег на ее кровать.
Свирский не стал комментировать поведение кота. Он часто принимал положение вещей таким, какое оно есть. Ну, кот. Ну, пришел. Ну, лег. Надо купить мойвы.
Оля гладила кота. Саша пошел за мойвой.
–Только ты бы сегодня дома остался.
– Оль , я не могу. Мне нужно на службу. Ты же знаешь.
– Сегодня там все равно ничего интересного не будет.
Ольга сказала это и пошла в свою комнату. К коту. В коридоре остановилась и повернулась на сто восемьдесят градусов.
– Останься.
– Хочешь, я отведу тебя к Евгеновым? Если одной здесь…
– Мне одной здесь, папа, лучше, чем у Евгеновых.
– А что тогда?
– Ничего. Я просто подумала, что на работе у тебя сегодня не будет ничего интересного.
Ольга закрыла дверь в свою комнату. В квартире стало привычно тихо. Свирский надел поверх свитера плащ, сунул в карман пачку папирос и вышел. До института было минут двадцать медленным шагом.
Первое, что услышал Саша, войдя в лабораторию, было:
– Вайнберг, сука! Убью! Ты что принес? Я русским тебе языком, падла, сказал - фенамин с первитином! А ты что?
– Да они такие же. Ну, немного другие.
– Да они такие же! Я вот придушу тебя щас, и всё! А тушку в тигеле спалю! Ты убить нас решил?! Вредитель, блядь, комнатный.
– У них состав почти идентичный. Ну тут эфедры немного. И с дозой ты, мне кажется, переборщил, Андрей. О. Свирский пришел.
– Чего воюем?
– Да Вайнберг твой притащил тут стимулятор. Стимулирует, как прямо я не знаю. Третий час матерюсь уже.
– Ну стимулирует же, - жалобно вставил Миша. - Все парни центровые хвалят. Еле нашёл. А ты орёшь.
– Да я тебя вообще придушу сейчас, сказал же.
Свирский с интересом посмотрел на мелко дрожащего и красного Андрея.
– Принял?
– Ну надо же было убедиться. А тут никакой концентрации, только дым из ушей. И эмоции нехарактерные.
– Мишаня, ты что притащил?
– Ну тут что-то на эфедре. Нормальное вроде.
– А ты у нас физиолог? Ты знаешь, как эфедра действует? Ты угробить нас решил?
– Да эфедра же трава. От травы ничего плохого не бывает.
Андрей снова взорвался.
– Лидину это скажи, который до дурки доэкспериментировался со своими гербариями. А нормальный мужик был. Зла, блядь, не хватает на тебя. За что тут только держим, писатель хренов. И рассказы твои говно. А стихи ещё хуже.
– По остальному что у нас? Фюзеляж на третий склад перетащить ещё вчера обещали.
– Там уже.
– Отлично. Ладно, Андрюха. Водки выпей и спать ложись. Должно помочь. Я установку на тестовых пока погоняю. А Миша пойдёт к своим деловым товарищам и найдёт таки то, что требуется.
– Да оно же почти такое. Ну я не знал же, что он примет столько.
– Ты знал, что приму я. И потом с всем предельным вниманием буду сидеть за вереньерами, трое суток. И что?
– Я его точно придушу.
– Ладно вы, найду. Не сразу, может. Другое попробуем.
– Михаил, люди не крысы. На них опыты не ставят. Этот тебе в Сухум. В питомник обезьяний. Экспонатом работать.
– Так что?
– Расходимся.
50
О пользе пешего туризма
– Дима, мне нужно, чтобы ты сейчас приехал.
– Что-то случилось?
– Формально - нет. Просто поверь, это важно. Это суперважно. И рюкзак со всем необходимым на два дня с собой возьми, пожалуйста.
– Катя, ты ни с кем меня не путаешь? Что за тон?
– Не обращай сейчас внимания на тон. Он не поменяется. Если ты сейчас не приедешь, я туда - одна. Я знаю, как. Это не ультиматум, это констатация факта. Я не так часто тебя о чем-то прошу. А одна пойду, потому что знаю, надо идти сегодня. Сейчас собираться и ехать.
– Ты перегрелась? Такие походы надо планировать, поняла?
– Ладно, я всё поняла, выдвигаюсь с ЖД через час. Захочешь - придёшь. Ждать тебя не намерена, решишь сам.
Катя ткнула пальцем в смартфон. Фляжка, конфеты, трусы, теплая кофта, тонкий спальник (почти не занимает места), дождевик, деньги, паспорта, вроде всё. Зубная нить. Смартфон оставить дома. Плевать. Не на такси - с пересадкой на двух автобусах.
Придёт? Да уже без разницы. Не придёт - его проблемы. Катя не его проблема. Придёт только если самому интересно. И самому надо. Контрольное время известно. Смартфон додумается оставить. Если уж она додумалась.
