Из устья Темзы суда вдоль восточного берега Англии вышли к порту Стромнес на Оркнейских островах. Экспедицию сопровождало транспортное судно «Барретто Джуниор» с экспедиционными грузами на борту. Оно должно было дойти до Гренландии. В Стромнесе суда пополнили запасы пресной воды, кроме того, взяли на борт четырех быков. Из Стромнеса суда экспедиции вышли 3 июня. Северная Атлантика штормила, и их немало потрепало, прежде чем они достигли мыса Фарвель. За время плавания (с 3 по 23 июня) суда не встретили льда, но север чувствовался: температура воздуха понизилась, дул холодный ветер. Через два дня путешественники, обогнув мыс, увидели берег Гренландии. Дальше на север суда пробивались сквозь тяжелые льды и 4 июля достигли Китовых островов. В течение восьми дней грузы с «Барретто Джуниор» переносили на суда экспедиции, а с экспедиционных судов отправили в Англию пятерых заболевших участников экспедиции. Теперь в экспедиции было 129 человек. От Китовых островов отошли 12 июля.
Дальше путь лежал вдоль берегов Гренландии, на север Баффинова залива. Погода стояла прекрасная, ледовая обстановка обещала быть хорошей. Настроение у всех было отличное. Кое-кто даже поговаривал о том, что экспедиции? удастся завершить за один сезон. К концу месяца «Террор» и «Эре-бус» поднялись до широты пролива Ланкастер, но пройти по нему не удалось — он был забит льдом. Командование решило в ожидании, когда лед разредится, пришвартоваться у большого айсберга. Неподалеку стояли два промысловых судна, и офицеры экспедиции Франклина часто навещали своих соседей, Мартин — капитан китобойного судна «Энтерпрайз» был последним, кто видел «Эребус» и «Террор» стоящими на якоре у ледяной горы.
По плану Адмиралтейства, Франклин должен был пройти проливом Ланкастер до мыса Уолкер. Этот мыс, который Парри видел в 1819 году, находится в южной части пролива Барроу, на 98° западной долготы. Пролив Пил еще не был открыт, и многие географы считали, что мыс Уолкер является самым западным мысом на северном берегу Северного Сомерсета. Около мыса Франклин «должен был повернуть на юг и на запад, если только позволят льды, по возможности идти напрямик к Берингову проливу». В Адмиралтействе считали, что этим маршрутом Франклин благополучно обойдет с запада тяжелые льды, которые в свое время преградили путь Парри и в которых любое судно рискует застрять надолго. Когда же «Эребус» и «Террор» минуют мыс Уолкер и выйдут к американскому побережью, они вновь попадут в знакомые воды — все побережье от 98-го меридиана было изучено, причем немалая заслуга в этом принадлежала и самому Франклину. Франклин одобрил маршрут, предложенный Адмиралтейством. Перед самым отплытием Франклин сказал, что если сможет пройти до западного края пролива Симпсон, волнения будут кончены. Адмиралтейство предложило Франклину еще один маршрут, если из-за тяжелой ледовой обстановки или по какой-либо другой причине он не сможет пройти южнее залива Барроу, в районе мыса Уолкер. В этом случае ему надлежало добраться до пролива Веллингтон, вход в который указал на своей карте Парри, и искать путь на севере. Многие тогда еще верили в открытое море на полюсе и в то, что полярный маршрут — это и наиболее легкий путь в Тихий океан.
В первое лето «Эребус» и «Террор» так и не смогли пройти на юго-запад от пролива Барроу. Они поднялись до 77° северной широты в проливе Веллингтон и, не найдя на севере выхода в открытое море, повернули и прошли западнее острова Корнуоллис, а на острове Бичи остановились на зимовку. Они находились неподалеку от юго-западной оконечности Северного Девона, у входа в пролив Веллингтон. В отличие от Парри, Франклин не смог пройти далеко в глубь островов. Канадского Арктического архипелага, однако ему удалось обойти остров Корнуоллис и стереть еще одно белое пятно на карте Северной Америки.
Экспедиция начала готовиться к зиме. На берегу выстроили наблюдательный пункт, плотницкую мастерскую, склад и кузницу — все было сделано быстро, с флотским умением и аккуратностью. Впереди десять долгих зимних месяцев. Под Новый год умер Джон Торрингтон, старший кочегар «Террора», через три дня скончался Джон Хортнейл с «Эребуса», а в апреле — еще один матрос с «Эребуса» — Уильям Брейн. Умерших похоронили рядом, в ногах и изголовье каждой могилы положили дубовые доски. Весной, вернее ранним летом, на склонах холма моряки разбили два небольших сада и обнесли их живой изгородью из мха, лишайника, маков и анемонов.
