Несомненно, некоторые области науки забуксуют, если интересы животных, используемых в экспериментах, действительно будут приниматься во внимание. Конечно, некоторые новые знания мы не получили бы так легко без участия животных. Среди примеров важных открытий, которые часто приводят сторонники опытов на животных, можно назвать труды Гарвея о кругах кровообращения. Сюда же относятся открытие Бантингом и Бестом инсулина и его связи с диабетом; признание полиомиелита вирусным заболеванием и разработка вакцины против него; ряд открытий, сделавших возможными операции на открытом сердце и коронарное шунтирование; описание иммунной системы и выявление способов противодействия отторжению трансплантированных органов[155]. Однако утверждения о том, что все эти открытия были бы невозможны без опытов на животных, опровергаются некоторыми противниками экспериментов[156]. Я не буду вдаваться здесь в эту дискуссию. Мы уже выяснили, что знания, полученные в ходе экспериментов на животных, весьма незначительно повлияли на рост продолжительности жизни людей; их вклад в повышение качества жизни оценить несколько сложнее. Если заглянуть глубже, вопрос о преимуществах опытов на животных остается открытым, поскольку, даже если мы признаем, что благодаря им были совершены важные открытия, мы не можем судить, насколько успешными оказались бы медицинские исследования, если бы с самого начала разрабатывались альтернативные методы их проведения. Некоторые открытия, вероятно, были бы сделаны позднее или же вовсе не были бы совершены; зато ученые не потратили бы время на многие бесперспективные направления и, возможно, медицина пошла бы по совершенно иному, более эффективному пути с упором не на лечение, а на здоровый образ жизни.
Как бы то ни было, этический вопрос оправданности опытов на животных нельзя решить простым указанием на их пользу для нас, какими бы убедительными ни были доказательства этой пользы. Этический принцип равного внимания к интересам человека и животных исключит некоторые возможности получения новых знаний. Но право на знание не священно. Мы уже соглашаемся со многими ограничениями в области научного поиска. Мы не считаем, что ученые вправе проводить болезненные или смертельные опыты на людях без их согласия, хотя во многих случаях такие эксперименты помогли бы обрести новое знание гораздо быстрее, чем любой другой подход. Сейчас нам необходимо расширить сферу существующих ограничений в научном поиске.
Наконец, важно понимать, что главные угрозы здоровью людей по большей части остались неизменными – и не потому, что мы не знаем, как предотвратить болезни и вести здоровый образ жизни, а потому, что никто не вкладывает в это достаточно сил и средств. Болезни, от которых страдает население Азии, Африки, Латинской Америки и некоторых бедных регионов промышленного Запада, – это в основном те заболевания, которые мы уже умеем лечить. Они уже побеждены в странах с нормальным питанием, здравоохранением и гигиеной. Согласно подсчетам, каждую неделю в мире умирает 250 тысяч детей, причем причиной четверти этих смертей становится обезвоживание, вызванное диареей. Этих детей могло бы спасти применение простых методов лечения, давно известных и не требующих опытов на животных[157]. Те, кого действительно беспокоит ситуация в здравоохранении, могли бы принести больше пользы здоровью людей, если бы вышли из лабораторий и проследили за тем, чтобы уже имеющиеся обширные знания достигли тех, кто нуждается в них больше всего.
Остается еще один практический вопрос: что можно сделать, чтобы изменить распространенную практику экспериментов на животных? Несомненно, требуется принять какие-то меры для изменения законодательства – но какие именно? Как обычные люди могут приблизить перемены?
