К прочим негативным для пруссаков факторам надо отметить очевидную нехватку опытных экипажей (команды винтовых фрегатов и корветов доукомплектовывались моряками с парусных судов, которые выводились в резерв и в боевых действиях участия не принимали), а также разделение весьма скромных морских сил между двумя изолированными театрами – балтийским и североморским.
Датский флот выглядел несравненно мощнее. В его составе находился один винтовой линейный корабль (переделанный из чисто парусного) – построенный в 1833г. «Скьольд» (57,96х14,44х6,2/7,4 м, 8 узлов, 50 пушек 30 фунтов и 14 пушек 18 фунтов). Не менее четырех полноценных (40–50-пушечных) и вполне боеспособных винтовых фрегатов. Несколько корветов и множество более мелких судов. Важным аргументом являлось и наличие в составе датского флота одного из первых в Европе мониторов – построенного в Англии «Рольфа Краке». Этот корабль водоизмещением в 1350 тонн был оснащен четырьмя дальнобойными 68-фунтовыми пушками в двух башнях конструкции английского капитана Кольза. Эти башни были много удачнее эрикссоновских, применявшихся на американских мониторах.
Англичанин Кольз, как и Эрикссон, первые свои проекты выдвинул еще в ходе Крымской войны. Впоследствии его изыскания привели к созданию орудийной башни, конструкция которой, в основе своей, сохраняется до наших дней. Если башня Эриксона опиралась на центральный штырь, и перед каждым поворотом ее надо было приподнимать домкратом, то башня Кольза вращалась на шаровых подшипниках, на которые опирался ее нижний торец, и которые, в свою очередь были уложены в кольцевой паз платформы, установленной у днища судна. Благодаря этому поворот башен Кольза не вызывал никаких затруднений и наводка орудий осуществлялась быстрее и точнее, чем на американских мониторах.
Борт и башни «Рольфа Краке» были защищены 114-миллиметровой броней. При габаритах 56,5х11,6х3,25 м он нес машину мощностью в 700 л.с. и развивал ход до 8 узлов.
Кроме «Рольфа Краке» в состав датского флота входили еще две бронированные 52–55 листами железа канонерские лодки – «Эсберн Снарре» и «Абсалон». Они несли по три пушки и были оснащены машинами мощностью в 100 л.с. Полным ходом шла переделка в броненосный корвет деревянного линейного корабля «Даннеброг». На него монтировали 114 броневые плиты и заменяли многочисленную гладкоствольную артиллерию на новейшую нарезную – 6 восьмидюймовых и 10 шестидюймовых пушек (очевидно, английского образца). При размерах 56,5х18,5х6,7/7,1 м его водоизмещение должно было составить 3334т тонн, и его скорость превышала 9 узлов.
Наконец, перед началом войны датчане перекупили в Шотландии строившийся для Конфедерации броненосец «Санта Мария», который вошел в строй датского флота под названием «Данмарк» – правда, уже после окончания войны с Пруссией. И у французской фирмы «Арман» был перекуплен также строившийся для Конфедерации броненосный таран «Стоунуолл» – он чуть было не вошел в состав датских военно-морских сил под названием «Стаеркоддер». Но французы настолько затянули строительство, что боеготовым этот корабль стал лишь после окончания боевых действий, когда в нем уже не было нужды, и датчане отказались от его покупки (в конце концов, это судно попало к японцам и превратилось там в броненосец «Адзума»).
С учетом того, что у датчан не было недостатка в опытных моряках, и они могли легко перебрасывать корабли с североморского театра военных действий на балтийский и обратно, можно считать, что у них было подавляющее превосходство над пруссаками на море.
Тем не менее, датчане не спешили реализовывать свое преимущество и с началом войны установили лишь дальнюю блокаду германских портов. Возможно, они испытывали излишний пиетет к прусской береговой артиллерии – в ходе войны 1848–1850 гг. немецкие береговые батареи удачно обстреляли, подожгли и принудили выброситься на берег два крупных датских корабля – 84-пушечный линкор «Христиан VIII» и 48-пушечный фрегат «Гефион», причем потери датчан составили 106 убитыми, 60 – раненными и еще 948 человек попали в плен (так как на прусских батареях находилось несколько бомбических пушек, то пруссаки до сих пор оспаривают у Нахимова первенство в триумфальном применении этого типа оружия против деревянных кораблей, хотя, по правде говоря, главной причиной их феноменального успеха стали несколько удачных попаданий калёных ядер и неготовность датских моряков к борьбе с огнём).
Но, скорее всего, подданные датского короля сознавали, насколько призрачны их шансы в борьбе с Пруссией, и рассчитывали, как и в ходе предыдущей войны, на благожелательное вмешательство великих держав. И, чтобы не вызвать упрёков в излишней жестокости, избегали непосредственных атак на те немногие прусские корабли, которые курсировали в прибрежных водах.
Тем не менее, несколько стычек все-таки произошло. Первая – на Балтике.