– Ты, конечно, понимаешь, – начал Оливер, – что, появившись со мной в театре без сопровождения, подтвердишь слухи о том, что мы с тобой любовники.
– Подтвердить это может только прямое «да» от тебя или от меня. А мы это подтверждать не станем.
– Как пожелаешь. Только имей в виду: немало мужчин гадают сейчас, доступна ли ты, и немало женщин задаются тем же вопросом обо мне.
– Ты что, пытаешься возбудить во мне ревность? – удивилась Диана и одарила его лукавой улыбкой. – Не сработает.
Что ж, это ведро ледяной воды, по крайней мере, охладит его пыл и прочистит мозги.
– Не смеши! – отрезал Оливер. – Просто предупреждаю заранее, чтобы не было недоразумений. Мужчины ищут твоего внимания, женщины – моего. И сейчас, когда «Тантал» открыт и привлекает все больше посетителей, ты легко можешь навлечь на себя… общественное неодобрение.
– Оскорблений я не боюсь. Пусть плюются желчью хоть в лицо, хоть за глаза. Если кто-нибудь из гостей клуба окажется настолько мелочен или слабоумен, чтобы принимать их всерьез, я просто перестану пускать его или ее на порог.
– Что ж, очень прагматично. А ты по-прежнему намерена устраивать вечера для дам?
– Да. Например, каждый первый и третий вторник месяца.
Оливер кивнул.
– Как правило, заседания в парламенте по средам проходят с утра, так что по вторникам у тебя в любом случае будет мало посетителей-мужчин.
– Да, знаю.
Разумеется, Диана это знала. Открывая «Тантал», она не пожалела сил, чтобы выяснить все возможное об игровых клубах и принципах их работы. Оливер уже убедился, что в своем деле Диана разбирается, и он не так уж много может ей подсказать.
Ей нравилось ее дело – царство выгоды и жесткой логики. В области чувств Диана ощущала себя куда менее уверенно. Все здесь было двусмысленно и зыбко. Например, как понять, чего хочет от нее Оливер? Не только секса – это ясно, но чего еще?
– Хватит молчать! – сказала она резко. – Когда ты молчишь, мне кажется, что ты что-то против меня замышляешь.
– Я думал о том, где ты найдешь мужчин-крупье на два дня в месяц. Потому что девушки твои, извини, уже пользуются скандальной славой, и дамы из высшего общества не захотят иметь с ними дело.
Диана шлепнула его по руке.
– Их снобизм не проблема моего клуба. Случись моим девушкам, как ты их называешь, честно трудиться гувернантками или компаньонками, эти знатные дамы точно так же воротили бы от них нос.
– Степень ворочения носа я обсуждать не собираюсь, но, поверь, между невысоким положением и скандальной известностью разница есть. Гувернантку или компаньонку, может быть, не пригласят на танец, но спокойно впустят в приличный дом.
– Однако не всем образованным женщинам удается найти работу, более или менее благосклонно воспринимаемую в обществе. И что им остается? Торговать собой?
Оливер проглотил уже готовое циничное замечание. Диана всерьез спрашивала у него совета, и он не собирается терять ее доверие.
– Ты начинаешь защищать своих служащих, – заметил Оливер вместо этого. – Неожиданное благородство с твоей стороны, Диана.
Она заморгала от неожиданности.
– Незачем посреди спора вдруг делать мне комплименты. Я от этого не покраснею и заикаться не начну, а вот ты… с твоей стороны это выглядит просто жалко.
Оливер скрестил руки на груди и смерил Диану долгим взглядом.
– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – поинтересовался он наконец, надеясь, что сегодня она не взяла с собой пистолет. – Всякий раз, когда я говорю тебе что-то приятное, ты отвечаешь оскорблением. Мои комплименты тебя смущают. Потому что на самом деле они тебе нравятся. Слишком нравятся.
– Чушь! – Диана уставилась в окно. – Мы уже на месте? Вот и хорошо.
– Трусишка.
– Ха! Чего стоят твои льстивые словечки, я поняла еще два года назад.
Экипаж остановился.
– И еще одно, – продолжила Диана, поднимаясь с места, после того как кучер спрыгнул с козел и отворил перед ней дверцу экипажа. – Может, комплименты мне и нравятся, но я никогда не позволю тебе вскружить мне голову!
«Хм… Думается, это уже большой шаг вперед», – сказал себе Оливер.
В той битве без правил, что они ведут, пожалуй, это прозвучало для него почти победоносно.
В театре Друри-Лейн Диану встретила, как она и ожидала, череда любопытных взглядов искоса и шепотков. Даже один или два «ах!» раздалось за спиной, когда Оливер вел ее через просторное фойе.
Диана шла, высоко подняв голову, придерживаясь за рукав его серого сюртука, внимательно смотрела и слушала. Другая женщина, озабоченная приличиями или своим положением в свете, на ее месте сгорела бы со стыда. Но Диана не была такой женщиной.
В каком-то смысле потеря всего шла ей на пользу. Освободила, научила шире смотреть на вещи и ценить только по-настоящему важное. Что ей нужно? Достаточно денег, чтобы жить с комфортом и самой определять свое будущее. Вот это важно. А как на тебя посмотрят или что скажет некая маркиза – от этого определенно не стоит терять сон и аппетит.
– Что-то ты притихла, – заметил высокий плечистый дьявол рядом с ней, пронзая ее взглядом своих завораживающих серых глаз.
