Вадим немного понежился в кровати и пошёл готовить завтрак, побалует её сегодня блинчиками. Когда блинчики были готовы, он направился её будить, сел рядом и начал целовать в плечо, продвигаясь вверх по шее. Спящая проснулась и вместо улыбки на её лице он увидел огромные глаза и гримасу злости. Катя оттолкнула его, резко сев на постели.
— Ты чё делаешь, Крымский?! Совсем оборзел?!
— В смысле, что я делаю? Целовать тебя с утра нельзя? Новые правила какие-то? — нахмурился Вадим.
Катя похлопала сонными глазами, поджав обиженные непонятно на что губы и её лицо просветлело.
— А-а-а-а, мы же вчера помирились, точно! — улыбнулась она. — Ладно, живи пока. Ты чего меня разбудил? Так спала хорошо!
— Пора уже обедать, а ты ещё не завтракала. Умывайся, давай, я тебе блинчики испёк.
— Ой, я теперь блинчики-то не ем, меня от них тошнит, — скривила она личико и легла спать обратно. — Срочно проветри кухню от их запаха и свари мне рисовую кашку, потом зови!
Вадим тяжело вздохнул, принимая на себя ответственность за принятые решения. Хотел быть с ней — получил, со всеми капризами.
— Ой, какая сегодня погода хорошая! — улыбнулась Катя после плотного завтрака, подходя к окну и глядя, как яркий свет зимнего солнца заливал двор своим теплом. — Ты меня очень плохо выгуливаешь — вот, что я тебе скажу. А мне ведь гулять надо, свежим воздухом дышать! Поехали в парк!
Вадим обнял её сзади, обвивая руками её тело.
— Мы пойдём гулять в другое место, Катя. Если останутся силы, сходим в парк.
— Куда это в другое место?
— Я забронировал тебе свадебное платье, которое мне понравилось, там был только один твой размер. Надо пойти и примерить, если понравится — купим. Если нет — выберем другое. Через три дня у нас регистрация сделки.
Катя встрепенулась в его объятиях, развернулась на сто восемьдесят, положила ладони ему на грудь и уставилась в глаза.
— Какой ещё сделки?
— Брачной.
— Так и знала, что колечко не просто так надел, — улыбнулась Катя, разглядывая его на своём пальце. — Тринадцатое, мой третий брак.
— Последний, — усмехнулся Вадим. — У меня есть предложение, рациональное и обдуманное. Я заказал фотографа, ужин для двоих и номер лучший в городе люкс для новобрачных. На нашей свадьбе будем только я и ты. Когда нас станет четверо, мы устроим такую свадьбу, которую ты захочешь и поженимся для всех твоих родственников, а пока будет только для нас двоих. Чтобы ты не нервничала.
Улыбка озарила её лицо ярче, чем солнце за окном. Она потянулась к нему губами и скрепила предварительные договорённости.
— Вот ты, Великан, иногда тормозишь по дикому, а иногда бежишь вперёд паровоза. Но сегодня прям на одной волне со мной движешься. Я согласна! Хороший у тебя план, и так хорошо, что в нём нет моей Маман.
— Она мне звонит каждый день, — вздохнул Вадим.
— А ты что?
— Я больше трубку не беру. Один раз взял — мне хватило.
Катя расхохоталась, утыкаясь лбом в ему грудь, она сотрясалась от хохота, пока Великан зацеловывал её макушку. Она подняла на него сияющие глаза.
— Извини за такую тёщу, но другой у меня для тебя нет. Зато у меня папа хороший, будете с ним вместе в баню ходить.
— Спасибо, не надо, я лучше с тобой.
В тот день Катя вышла из магазина с тремя свадебными платьями. Вадим не стал спрашивать, зачем ей три, просто смотрел, как она вертится в каждом из них перед зеркалом и в нём отражается счастье. Пусть будет хоть три свадьбы, ради неё можно и потерпеть.
Следующие дни прошли в медлительной счастливой суете. Катя несколько раз в день подходила к своему белому платью, рассматривая его и представляя себя в роли невесты. Такой важный шаг она делала так легко и без всяких колебаний, что можно было списать на те же гормоны. Вадим не стал изворачиваться перед свадьбой и поступил как все мужчины, которым не капала на мозги будущая жена — просто надел свой лучший костюм и причесался.
Они никому не сказали о том, что наступил важный день в их совместной жизни, просто пришли в ЗАГС к назначенному времени, даже чуть раньше, а вот пары перед ними были сплошь в опоздавших, так что им пришлось ждать в холле. Вокруг сновали гости с разных свадеб, они смеялись, громко разговаривали, невесты нервничали, пока их подружки носились рядом, поправляя макияж и причёски.
Двое в дальнем углу холла у окна, держались за руки и проговаривали последние нюансы перед брачной сделкой:
— Ты ведь возмёшь мою фамилию? Я в заявлении галочку поставил о смене фамилии.
— Конечно, возьму! — закивала головой Катя. — Буду везде ей светить! Особенно часто на банковских карточках.
— Жить мы будем у меня или купим другой дом?
— Меня пока устраивает твой, — пожала плечами Катя. — Только тебе придётся мне гардеробную сделать, а то у тебя шкафы такие маленькие! Моего ничего не умещается.
— Хорошо, будет тебе гардеробная, Бесстыжая, — улыбнулся Вадим, притягивая её к себе и крепко обнимая. — И последний вопрос, самый важный — я тут тебе сегодня собираюсь дарить половину своей души. Примешь половину или она у тебя уже поделена?
На её лице отразилось непонимание, потом её губы задрожали, а на глазах появились слёзы:
