Посмотрев по сторонам, я прошмыгнула к деревянным дверцам. Лошадь рядом фыркнула, дернула ухом, но, к счастью, не шелохнулась и не заржала. Предки, хоть бы меня никто не заметил! Я пробралась внутрь, сдвинув мешки, пахнущие калиановым цветом. Вот почему так мало груза – чтобы нежные листья не помялись при перевозке. Стараясь не шуметь, я развернулась лицом к входу и… Проклятье! Один из мешков свесился через край. Надо быстрее втянуть внутрь, пока не…
– Так-так, что это тут у нас?
Чья-то рука подхватила мешок, а потом распахнула дверцы повозки.
– Кто-то хочет проехать зайцем. – Голос темноволосого мужчины прозвучал недобро.
Он сунул фонарь в повозку, и яркий свет резанул по глазам.
– Это караван в Периам, дорогуша, – сказал человек, видимо, разглядев меня.
– Известно мне это, господин, но… Обладаю некоторыми средствами и могу…
– Малкир!
– Чего? – откликнулся мужчина, не сводя с меня глаз.
Послышалось бряцанье стали. Стража?!
– Ищут эльфийку, серебристые волосы, глаза синие, худая, высокая.
– Да в любую эльфийку пальцем ткни, она такая и будет, – ответил Малкир, окинув меня взглядом.
– Умоляю… – прошептала я одними губами.
Предки, пожалуйста, скажи, что ты никого…
– Не видал я никаких эльфиек, не до того мне сейчас, – заявил Малкир, закрывая повозку.
– Надо обыскать караван! – прозвучал другой, требовательный голос.
– Вы, ребята, сдурели? Меня полдня шмонали, мама не горюй. Я еду в Периам, в Пе-ри-ам! Кто из остроухих туда сунется?
По дверцам чиркнул засов.
– Вон те, кажется, в Эйрад едут, их и обыскивайте!
Через несколько минут повозка со скрипом дернулась, а потом покатилась, слегка подскакивая.
Великие силы, неужели мне удастся покинуть город?
Они шли по небольшой березовой рощице, которая прилипала к восточной границе Снежных Рощ. Вскоре снова послышался знакомый жучиный гул. Отряд замедлился.
– Фар, пробегись-ка вперед, – сказал Рейт, и оборотень потрусил дальше, оставив позади своих спутников.
Разумно. Пусть деревья и служили некоторой защитой, а ветра, способного выдать их запах, не было, надо проявлять осторожность.
Фар направился вперед, не забывая поглядывать в небо, и вскоре почувствовал в воздухе омерзительно-знакомую кислинку. Пробежал еще немного, а когда стало видно, что роща заканчивается, начал пробираться ползком. В конце концов он очутился на небольшом пригорке, откуда было видно северную часть деревни.
Все оказалось разрушено.
Сердце Фаргрена похолодело. На дне вырытого Тварями рва лежал темный, почти черный сруб. Слегка перекошенный, лишившийся сеней и всех пристроек, он когда-то был домом травника. Разрушить его Твари не смогли, но вот разрыть землю под ним им ничего не помешало.
Ирма, Ирма, Ирма!
Талек сказал, что сестра стала жить у травницы. Где теперь она? От отчаяния и злости хотелось кинуться на Тварей, копошившихся вокруг останков дома. Здесь Фар надеялся найти младшую сестру. Да, он хотел ее увидеть! Хотел, несмотря ни на что!
Упавший набок сруб напоминал сломанный ящик без крышки. В нем сидел богомол, а вокруг – еще десятка два особей. Матка, к хрркклу ее. Рой оказался крупным, но не больше встретившегося после Вешек.
– Можно спокойно дойти до края рощи, – сказал Фар, когда вернулся к товарищам и сообщил обо всем увиденном.
Узнав, что постоялый двор высшего класса облюбовала богомолья королева, все помрачнели. Они-то надеялись спать сегодня не на земле под ледяным куполом.
Через полчаса отряд прикидывался камнями на пригорке, куда их привел Фаргрен.
– И где нам ночевать? – прошептал Рейт.
– Надо уходить подальше, – пробурчал Геррет.
– Там пирамидка…
Фар посмотрел туда, куда показывала Мильхэ, и диву дался: как она с такого расстояния разглядела темный предмет на темной же земле? Глазастая. Хотя, скорее всего, знала, куда смотреть, раз они с Герретом чувствуют силу пирамидок.
– Я попробую притянуть, – сказала эльфийка. – На дне рва есть вода…
Богомолы встревожились, застрекотали, и часть их поднялась в воздух.
– Эй, прикрытия-то нет, – прошипел Геррет.
Переливавшаяся плеть потащила пирамидку по земле. Ледяная ведьма старалась делать это как можно медленнее, но Твари, понаблюдав с полминуты, набросились на движущийся предмет.
– Проклятье! – прошипела Мильхэ.
– Ты почувствовала? – почти воскликнул Геррет. – Силы больше нет! Они ее сломали?
Если так, то неудивительно – богомолы за несколько секунд нанесли, наверное, сотню, а то и больше, ударов своими хитиновыми лапами-копьями. И били они с чудовищной силой.
– И что теперь? – спросил Лорин. – Твари уйдут?
– Может, хоть часть уничтожим? – предложил Рейт. – Пусть не всех, но не хочется потом иметь дело с огромным роем.
– У нас тут древесники, – напомнил его брат. – Это их не привлечет?
– Не должно, – ответила Мильхэ после недолгих раздумий. – С этой стороны их нет, во рву тоже. Да и не бывает у них настолько длинных плетей.
– Они сами тут не должны бывать! – съязвил Геррет. – Используем ата… – предложил было он, но близнецы сразу же перебили его:
– Нет!
