- Вот оно что, а я-то все гадал… - не договаривает, качает головой и бросается вперед в следующую секунду. Готовлюсь поставить блок, как железные пальцы, не церемонясь, хватают меня за плечо и отшвыривают назад, за спину, чтобы не мешался.
Неуклюже заваливаюсь набок и отчего-то не могу подняться.
Не могу вскочить на ноги и сделать хоть что-то. Потому что не растащить. Потому что сил не хватит не дать им поубивать друг друга. Потому что, падая, я как следует приложился головой о каменный пол и теперь только меланхолично наблюдаю за тем, как растекающегося красного вокруг моей головы становится больше.
Тонкой струйкой с виска и тут же впитывается в пыли слой.
Звон металла, истерические выкрики Рина, почти не разбираю слов.
Только «Казуи» и «ненавижу».
Что ты ему сделал, Шики?
Что?
Хруст, и высокий, оборвавшийся под потолком вопль придают мне сил. Вскакиваю на ноги, словно подкинутый пружиной.
Огни кружатся.
Упрямо сжимаю нож.
Кажется, уже закончено.
Рин на камнях, лезвие нихонто глубоко в его бедре. Мальчишка сжимает зубы, стискивая маленькие кулаки, а из его глаз, просто огромных сейчас, чертя дорожки по грязному лицу, текут слезы.
- Ну давай уже, - шепчет он, приподнимаясь на локтях. - Давай, заканчивай. Я наконец-то увижу Казуи…
Лезвие покидает свежую рану, и, больше не теряя времени, не дожидаясь рокового замаха, бросаюсь на черную тень, нависшую над Рином сбоку.
Не Шики, не Иль Ре… Тень.
Так проще.
Легче.
Отбивает, словно отмахивается, от второго удара, поморщившись, уходит, после третьего оборачивается ко мне.
В легких песок. Грудная клетка в агонии.
Сжимаю губы. Смотрю прямо в глаза.
Не надо. Отойди. Отпусти его.
Пожалуйста.
Отпусти.
Опускает подбородок, усмехается, как если бы я забавлял его, и отступает от раненого мальчишки.
Три шага - и сможет прикончить меня.
- Так выходит, ты выбрал?
Не хочу. Не так. Не сейчас.
Сплевываю густую слюну и в очередной раз понимаю, что нет его, нет его, этого блядского выбора. Киваю, готовый драться за свою жизнь.
Готовый умереть прежде, чем увижу, как ты прикончишь своего младшего брата.
Киваю, и он, словно марионетка, равнодушно пожимает плечами, перехватывая рукоять в другую руку.
Это насмешка такая? Или же это… шанс?
Атака.
Отражаю первую, от второй у меня остается распоротая на спине куртка и ощущение холодного металла, почти коснувшегося кожи.
Пытаюсь уйти в контр, но едва выходит отступить, прежде чем нихонто прочертит по горлу.
Мелкими каплями пропитывается воротник.
Царапина.
Новые синяки, ссадины не принимаю во внимание. Равно как и то, что едва могу стоять, опираясь на левое, перебитое ударом ботинка колено.
Как совсем недавно на крыше, разрываю дистанцию, пытаясь выбить себе короткую передышку, и он позволяет мне это.
Понимание вспышкой.
- Снова жалеешь? - говорить трудно, ритм дыхания слишком сбит.
Не стоит больше, Шики.
Выбрал не тебя.
И эта чертова мысль лазерным лучом оставляет отпечаток на внутренней стороне ребер.
Только бы дышать, боже, пожалуйста, только бы дышать… Пока лезвие не перерубит позвоночник.
Игнорирует вопрос, и тогда решаю, что тянуть больше не стоит.
К чему?
Минутой раньше…
Прыжок, явно неудачный выпад, искры, высекаемые столкнувшимися лезвиями, и цепкая пятерня, пережавшая мне глотку.
По-настоящему в этот раз.
Тут же роняю нож, двумя своими ладонями пытаюсь разжать его хватку и вижу только холодный исследовательски интерес в его глазах.
Как сильно надо сжать, чтобы мышка перестала дергаться?
Так?
Выгибаюсь, всем телом ощущая, как вдруг опора уходит из-под ног, и пола касаются только носки кроссовок.
Или же, может, так?
Пальцы чуть смещаются вниз и сжимаются под кадыком.
Перед глазами плывет, чувствую, как медленно теряю сознание, и вдруг… Дышу!
Дышу, бесполезным кулем свалившись на пол, унизительно брякнувшись на зад, как нашкодивший котенок, прижимаю ладонь к шее и дышу.
Жадно, глоток за глотком, буквально готовлюсь зубами вгрызаться в такой сладкий воздух и понимаю: пощадил.
Кое-как фокусируюсь, наблюдаю за тем, как разворачивается к привставшему на локтях Рину и вмиг вскидывает голову к потолку, а в следующую секунду арену сотрясает дрожь, сравнимая разве что с восьмибалльным землетрясением.
Древняя труха и бетонное крошево осыпаются с потолка, протяжным лязгом вторит мудреная металлическая конструкция, закрепленная под самым куполом, и что-то быстрое проносится прямо над белым домом.
Звуки знакомые… Реактивная тяга.
Еще раз! Второй!
Перед глазами слишком плывет, пытаюсь подняться на ноги, но слишком уж пятнами все, слишком реальность ползет.
Скрежет все отчетливее, улавливаю обеспокоенные крики Арбитро, кажется, даже слышу суетливый топот ног наверху и… Снова протяжный гул.
Низкий, страшный, сопровождаемый парализующим нервные окончания, глухим треском.
Столкновение!
Что-то массивное рушится сверху, падает на крышу, и в следующее мгновение мне застилает глаза.
Скрежетом накрывает.
Слишком поздно понимаю, что происходит, и только лишь бестолково вскидываю руки в попытке прикрыть голову.
Жмурюсь, ожидая боли, и она приходит, только вот совсем не та, которую ожидал.
