– Пора идти, – сказал он и шагнул к своему столу. Затем открыл третий ящичек сверху из тех, что были по правую руку, и спрятал внутрь бесконечный гроссбух. После захлопнул ящик, коснулся его пальцем, прошептал заклинание. Щелкнул замок. Ящик запирался чарами.
Я запомнила его расположение.
Аластер спрятал в карман чернильницу с волчьей головой и протянул мне руку.
– Следуй за мной, Жани Лафайетт. Сегодня ты приступишь к поискам кольца.
Аластер повел меня в самые недра первого этажа. Сперва мы шли по коридору, в котором, точно фонарики, горела тысяча шаров из бумаги, а затем пересекли анфиладу комнаток – и у каждой была своя история.
Кивнув на диванчик, Аластер рассказал мне о знаменитом поэте, Ануане-Мартине, который возлежал здесь часами в окружении своей свиты и сочинял оды всему – от выпечки до женщин в очках. Потом он поведал историю о некой «мармеладной наследнице», Колетт ля Риве, которая как-то пришла на званый ужин, украсив плечи зажженными фитильками для пущего эффекта. Бедняжке пришлось пораньше уйти с праздника, когда мочки ее ушей вспыхнули. Он говорил о сановниках, музыкантах и королевах, почтивших своим присутствием эти стены. Потом перешел к упоминанию сановников, музыкантов и королев, которые вскоре будут ноги ему целовать, чтобы только соприкоснуться с магией. О персонале он ни разу не упомянул.
Аластер замолчал, когда мы вступили в зал, где за столами, точно работники дубильни, сидели, сгорбившись, три человека в ливреях.
Один метал на стол резные деревянные палочки и наблюдал, в какую фигуру те сложатся. Второй неподвижно смотрел в миску с водой, сделанную в форме жука-скарабея. Третий бегал перебинтованными пальцами по острым кусочкам металла, на которых были выгравированы буквы. Все трое подняли на нас взгляды, и я заметила, что у каждого из них один глаз чуть светлее другого – наверняка из-за стекла.
Мне хотелось получше рассмотреть, чем же заняты сюминары, но Аластер вцепился мне в руку и потащил за собой.
Мы поднялись по витой лестнице и через черный ход попали в маленькую картографную – когда я прошлый раз тут была, дверцы, через которую мы зашли, не было и в помине.
– Как вы это делаете? – потрясенно спросила я.
– Есть догадки? – Аластер постучал по карману с чернильницей. – Все заклинания в отеле записаны чернилами. Большинство из чар можно пробудить командой. Пока чернильница при мне, я могу применить любое из них, стоит только сказать нужные слова.
Он негромко произнес заклинание и взмахнул рукой. Дверца исчезла, попросту впиталась в обои. А стена продолжила двигаться. Она отъехала назад, а следом скрипнул пол. Из ниоткуда появились маленькая кровать и крошечный туалетный столик – и картографная превратилась в скромный гостиничный номер.
Еще одно заклинание – и в остывшем камине вспыхнул бесцветный огонь, осветив портрет женщины, висевший над ним. Ее глаза были полны слез. Одна из них скатилась по стене и зашипела, упав в огонь.
И тут я поняла, где видела космолябию прежде – на шее этой самой дамы с портрета.
– А кто это такая?
– Сюминар, который умел пользоваться множеством мощных артефактов, – отрывисто ответил Аластер.
Речь шла о ком-то очень важном – в этом не оставалось сомнений.
На рисунке с порванной страницей из книги правил тайного общества эта дама сжимала чернильницу с головой волка. Аластер упомянул, что она владела многими артефактами. Среди них была и чернильница, а значит, дама наверняка знала, какими чарами расторгать контракты.
– А где она теперь? – спросила я самым что ни на есть невинным голосом.
– Умерла, – резко ответил Аластер. Разговор зашел в тупик.
Он раскрыл огромный атлас.
– Перед смертью она нарисовала все эти карты при помощи твоего артефакта. А вот с тех пор, как ее не стало, мы уже не могли ничего добавить. – Он перевел взгляд с моего лица на космолябию. – Но теперь все изменится.
Он что, хочет, чтобы карту нарисовала я?
– Но я в жизни не рисовала!
Аластер покосился на картину. По лицу женщины все струились слезы.
– Она тоже, но с космолябией сумела составлять карты чего угодно, лишь бы было от чего оттолкнуться. Она определяла, откуда взялся тот или иной предмет, попавший к нам в руки, и могла вычислить местоположение нужного объекта. Она составила карту, которая привела меня к компасу с нефритовой стрелкой, опираясь на грубую схему из старинного журнала. Надеюсь, ты так же быстро освоишь это искусство, как и она.
– Вы мне угрожаете?
Он не ответил. Только положил страничку с перечнем артефактов на стол и постучал по записи о золотом кольце. И тут я поняла, для чего мне понадобится космолябия, какую
– Не стану я вам помогать, – заявила я.
Аластер пропустил мои слова мимо ушей.
– Сегодня мы сделаем остановку у рынка. Он будет открыт допоздна. – Он поставил на стол стопку серебристых дисков. На них, что интересно, не было никаких отметин. – Вот на это закупишь все необходимое. Уголь, чернила, пергамент, кальку, что угодно. Я разрешу тебе выходить неоднократно, если еще что-нибудь потребуется. Разумеется, в фойе тебя всегда будет ждать сопровождение.
