Он вспоминал произошедшее недавно. Тот бой у древнего капища. Отступник, проклятый колдун, отошедший от служения своей стране, народу, господину чародею. Возомнивший себя свободным и жаждущий покорять простых смертных. Он создал вокруг культ, секту, подчинял и манипулировал. Он, ясноокий, сражался с такими не в первый раз, и всегда побеждал. Ведь за ним всегда следил его Господин, стократно превосходящий любого ренегата в мудрости и силе.
Но именно в этом задании ему, хранителю Кракона и его земель, было поручено не только убийство колдуна, но и наблюдение за одним из простых смертных. Богдан, ветеран-сержант, выделялся на фоне остальных. Да, он не был ровней им, яснооким, но... Среди людей он казался примерно таким же, как их Владыка – на фоне самих яснооких. Здоровенный, выносливый, сильный и опытный воин, прошедший десятки, если не сотни вылазок. Убийца, настоящий зверь, прозванный сослуживцами Бугаем. И не зря.
Господин поручил ему важную миссию. Наблюдать за этим необычным человеком. Посмотреть на него. Почитать мысли, оценить. Это было странно. Но ему показалось, что владыку что-то волнует в этом воине, привлекает его внимание, хотя...
При первом же наблюдении становится ясно – в нем нет ни крупицы дара. Он не ровня яснооким. Человек, отлично тренированный, физически крепкий и опытный – лишь этим выделялся из толпы. Но, видимо, городской чародей считал иначе. Может, что-то скрывается за простотой? Прячется глубоко под личиной рубаки?
Битва не показала ничего необычного. Бугай проявил себя, как того и требовала ситуация. Действовал, не раздумывая, и, казалось, его мысли настолько посвящены делу, что прочесть их толком даже не удается. Все – на грани инстинктов, как будто пытаешься залезть в голову к собаке или какому-то еще животному. Собранность и готовность до боя, ярость, злоба, гнев и холодный расчет. Яркие эмоции, практически полное отсутствие мыслей, лишь какие-то вспышки на грани восприятия. Если бы ясноокий не наблюдал за ним слишком уж придирчиво, то подумал, что с врагами Кракона сражается безмозглый кретин. Но на деле было не так. Возможно, поэтому господин и решил наблюдать. А еще ясноокий не чувствовал от него столь привычного страха. Этот стражник не опасался ясноокого. Ему не нравилось быть рядом. Но чувство было другое. Непривычное.
Может, Бугай опасен?
