Спину прожигает тяжелый взгляд Марка. Я лопатками ощущаю, как во мне сверлят дыру. И этот танец, который, кажется, не думает заканчиваться.
– Мы еще долго здесь задержимся? – спрашиваю, не выдерживая.
Мне бы на воздух, на улицу, а еще лучше домой. Там мысли о маме, о ее операции. Я отвлекусь и забуду о Марке. О своих чувствах к нему.
– Хочешь уйти?
– Хочу, – признаюсь честно.
– Давай прямо сейчас? Идем?
И, не дожидаясь окончания танца, тянет меня к столу.
С одной стороны, мне становится легче, с другой…
– Уже? – слышу недовольный голос Багирова-старшего на слова сына о том, что мы прощаемся и покидаем их.
И на лице ни следа того довольного выражения, с каким он улыбался Арине. Последняя, кстати, тоже сидит с недовольным видом, глядя в сторону. Будто, пока мы с Русланом танцевали, между ними пробежала черная кошка.
– Мне в глаз что-то попало, я отойду, – бросаю Русу.
В глаз действительно что-то попало, колется, а еще щеки полыхают так, будто меня поймали на чем-то горячем.
Я дохожу до уборной, извлекаю ресницу, что так раздражала своим присутствием слизистую глаза, набираю полные ладони воды и прикладываю к щекам. Все, вечер закончился. Но вывод напрашивается однозначный: нужно свести к минимуму наши встречи с Марком. Даже такие, как сегодня. Иначе…
Что иначе, я думать не хочу.
Смотрю на себя в зеркало, разглядывая с дотошностью. А что будет после? Когда сделка закончится, когда я выполню все условия? Когда Марк расплатится с Тимуром и мы вновь окажемся на разных берегах? Что будет потом? Марк вот так просто отпустит меня? Забудет?
В груди что-то предательски щемит. Он уже забыл. Заменил. С ним рядом шикарная, ослепительная женщина, которой я даже в подметки не гожусь. И он почти не смотрит в мою сторону. Да и не должен. Не та роль.
Я тяжело вздыхаю, подставляя мокрые руки под аппарат сушки для рук. Мне нужно домой. Переболеть, пропустить через себя, пережить. Все проходит, и это когда-нибудь пройдет. Отпустит.
Из уборной я выхожу не в лучшем настроении, поэтому даже не замечаю Багирова-старшего, который ждет меня в коридоре. Я настолько варюсь в своих внутренних переживаниях, что вообще не обращаю внимания на то, что происходит вокруг. И когда путь обратно мне преграждает мужская фигура, не сразу понимаю, кто передо мной.
– Торопишься? – током по венам бежит голос Марка.
Вздрагиваю, поднимая на него взгляд. Выражение лица хмурое, на переносице недовольная складка. Глаза кажутся темными, почти черными.
Теряюсь на мгновение.
– Что-то случилось? – единственное, что приходит в голову.
Он отвечает не сразу. Делает шаг навстречу, сокращая и без того критично маленькое расстояние между нами. Подходит почти вплотную. Губы плотно сжаты, руки спрятаны в карманы. Видно, что он напряжен.
– Что происходит между тобой и Русланом? – спрашивает тихо.
Хотя вокруг ни души, мы одни в небольшом коридоре.
Мягкий, приглушенный свет, музыка, доносящаяся из зала. Я чувствую аромат так хорошо знакомого мне мужского парфюма, смешанного с запахом кожи. И желанный мужчина рядом. Совсем близко.
Сердце пускается вскачь, в голове каша.
– Н-ничего, – упираюсь взглядом в его губы, которые тянут к себе магнитом.
Манящие и недоступные. Запретный плод. Я почти в деталях помню, как они целуют, какими могут быть нежными, горячими, требовательными.
Марк молчит, ничего не отвечая, а я еще больше тону в своих воспоминаниях, окутанная его запахом и энергетикой.
Эта минута затягивается на вечность. Я уже больше не хочу отсюда уходить, несмотря на вопящий сиреной голос разума в голове. Ничего не хочу. Просто стоять здесь, рядом с ним, дышать одним воздухом, впитывать его феромоны. Минута личного рая.
– Вы стали чаще общаться. Мне кажется, он всерьез начинает увлекаться тобой, – эхом доносится его голос.
– Это плохо? – с трудом фокусирую сознание на разговоре.
Марк нервно выдыхает, мотнув головой, словно тоже пытается избавиться от морока, делает шаг в сторону. А я теряю невидимую ниточку, которая связывала нас еще секунду назад. Зато теперь четко вижу разверзнувшуюся между нами пропасть. Огромную, зияющую, непреодолимую.
– Значит, я не ошибся?
– Я не знаю. Я не могу отвечать за него.
– А за себя? – ловит меня на слове.
– С моей стороны ничего не менялось.
Он снова окидывает меня прожигающим взглядом, от которого становится жарко.
– Куда вы сейчас собираетесь?
– Домой.
– К тебе? – со странными нотками в голосе.
А у меня перед глазами Арина. Яркая помада на губах, хищный взгляд и довольная улыбка Марка, адресованная этой девушке.
Какая ему разница куда я?! У него есть с кем развлечься, а куда мы собираемся с его сыном – это наше дело.
– Возможно, – вскидываю подбородок. – Еще не решили.
И вот теперь я позволяю себе заглянуть ему в глаза, обжечься о клубящийся в них злой мрак, вдохнуть гудящий напряжением воздух.
Марк зол. Я это чувствую всеми клетками. Ему не нравится происходящее, и он пытается что-то изменить. Пресечь.
– Не делай глупостей, – предостерегающе качает головой.