— Врешь ты, падла! — воскликнул он. — Сейчас мы хором будем харить твою сучонку. А тебе Дылда вывернет зад, у него, как у молодого жеребца. Лучше отдай бабки!
Они сидели на земле, недосягаемые для меня. Румба засунул руку под кофточку женщине и сопел в предвкушении удовольствия. Мне надо было их разделить, и я решил сообщить им, где у меня деньги, хотя у меня их не было.
— Развяжи и освободи женщину, — сказал я главарю, а им был, как я догадался, Румба. — Отпусти женщину, и я отдам вам деньги.
— Пожалуйста! Какой рыцарь, мать перемать! — воскликнул Дылда. Румба резанул ножом по узлам на руках у женщины, потом на ногах и толкнул ее так, что она откатилась, цыкнув на нее:
— Лежи так, пока не возьмем деньги. Потом побежишь в степь.
Мне показалось, она хихикнула, но это было дико для данной ситуации. Скорее всего она всхлипнула.
— Под ковриком правого сиденья, — сказал я негромко и снова подвигал ногами, еще больше освобождая их от пут.
— Ты, сука, иди сюда! — приказал женщине Румба. — Дылда, хорошенько покопайся в машине. Если он трекнул, я ему моргалы выдавлю! А сейчас пусть посмотрит, как я буду его сучонку харить, — засмеялся он.
Меня удивило поведение женщины: она безропотно подошла к бандиту, вместо того чтобы броситься бежать. Так же безропотно легла на спальный мешок и стала снимать трусики. А Дылда побежал к машине. Румба впился в губы женщины, и она застонала, потом обхватила его руками за шею, задрала ноги, и я вдруг прозрел. Это же одна банда! Бабу запустили вперед, как подсадную утку, и я клюнул. Боже! Какой же я идиот! Она и аварию организовала, чтобы меня задержать здесь на ночь. И в палатку влезла, чтобы помочь своим подельщикам. Они ее использовали и разоружили меня, заставили отказаться от сопротивления. Угрожая расправой над ней, подчинили меня своим гнусным планам. А тем временем Румба факался с ней, Солитер стоял рядом, очевидно, возбужденный, ждал своей очереди.
Наконец я высвободил ноги. Момент для нападения идеальный. Один факается, другой пускает слюни, наблюдая этот процесс, Дылда роется в машине. Возле моих ног стояла десятилитровая канистра с бензином, что подтверждало мои подозрения. Только замысел был лишь в отношении меня одного.
— Сволочи! — заорал я. — Дешевки! Дырку вам от бублика, а не деньги. Поносная тварь! Козлы вонючие!
— Заткни ему глотку! — прорычал сквозь зубы Румба, не прерывая своего занятия. — Забей пасть ему дерьмом!
Солитер повернулся ко мне, находясь еще во власти сексуальных эмоций, и сделал пару шагов, намереваясь учинить надо мной расправу в стиле своего бандитского кодекса.
Я, словно подброшенный мощной пружиной, вскочил на ноги, ухватил канистру и плашмя нанес ему сильный удар по гнусной роже. Может быть, она была и не гнусная, я так никого из них и не смог толком рассмотреть: косой луч фонаря, полумрак открывали лишь общие черты. Но после удара канистрой по роже Солитера я знал, что сровнял ее, вдавив внутрь и нос и зубы. Рожа его теперь превратилась в сплошное плоское кровавое месиво. Он даже не ойкнул, откинувшись назад, рухнул со всего маха на спину. Этого я выключил надолго. Сексуальная парочка даже не заметила, что ситуация резко изменилась. Она в экстазе стонала и лепетала:
— Я люблю тебя, Рафик!
Я прыгнул вперед, мне надо было спешить, от машины бежал Дылда и орал:
— Он, сука, обманул! Нет там бабок! Румба, зажарь его живьем! Выколи глаза!
Открыв канистру, я обильно полил Румбу и его любовницу бензином. Он было попытался вскочить на ноги, но я сильно стукнул его сверху канистрой по голове, и он завалился на женщину без сознания. Бензин попал ей в глаза, она дико закричала. Я выхватил из кармана коробок спичек и приготовился чиркнуть.
— Еще шаг, и я подожгу твоих бандитских дружков! — пригрозил я Дылде. Он сразу замедлил шаг и остановился метрах в десяти. — Иди сюда и ложись рядом с ними, — прикрикнул я на него. Но Дылда вдруг, вместо того чтобы выполнить мою команду, бросился бежать в степь. Ему было наплевать на дружков, он заботился о себе. Впереди замаячила зона на долгие годы, поэтому он бежал как сумасшедший и вскоре скрылся в предрассветном тумане.
Я стащил с Румбы свои мокасины, обулся и подошел к женщине, которая перестала выть от боли и теперь, замерев, лежала под бесчувственным телом своего любовника.
— Ну, чего лежишь, поганка? Провалилась ваша затея. Сколько раз вы это проделывали?
— Первый раз! — прошептала она.
— Не признаешься, сожгу вас всех! — пригрозил я решительно.
— Два раза. Прошлую ночь захватили одного из Свердловска.
— Убили?
Она промолчала. Закипая злостью, я прикрикнул на нее:
— Убили?
— Румба утопил его в пруду, — еле слышно прошептала она.
Я стащил с нее безжизненное тело бандита, рывком поднял с земли, связал позади руки. Повалил оба мотоцикла и облил их остатками бензина. Но благоразумие остановило меня — при чем тут мотоциклы. Они, может быть, тоже угнанные у кого-нибудь.
Подталкивая бандитку, я вывел ее на дорогу и остановил проходящую мимо «Волгу».
