Долго упрямившаяся Англия, наконец-то, согласилась на просьбу союзницы Франции и перебазировала часть своих ВВС на ее континентальные аэродромы, в том числе и на южные. Это значительно снизило подлетное время и дало возможность британским истребителям своевременнее реагировать и дольше оставаться над полем боя.
В Кале высадилась полнокровная шотландская дивизия, усиленная двумя батальонами средних танков: пулеметных и пушечных сверхтолстокожих (до 78-мм лобовая броня!) «Матильд». Полным ходом продолжалась мобилизация резервистов, формирование и обучение новых дивизий во Франции. Страну, в отличие от прошлой исторической реальности, всколыхнул массовый патриотизм. Невзирая на мощный прорыв «непобедимых» немцев через Арденны, боевой дух французов подскочил на неожидаемую даже собственным правительством высоту после удачного встречного танкового боя перед Филиппвилем и, особенно, после перерезания кирасирами де Голля танкового корпуса Быстроходного Гейнца. На призывные пункты, как это уже было в Скандинавии, пошли, не дожидаясь повесток, не только подлежащие мобилизации, но и стар, и млад, и не вполне здоровый.
В жарких напряженных боях прошел первый летний месяц, начался июль. С переменным успехом сражения продолжались в Голландии, Бельгии и Восточной Франции. Взглянув, наконец, незамутненным глазом на реальное положение дел, на, мягко говоря, изрядно затормозивший блицкриг, Гитлер стал ожесточенно требовать от своих ближайших друзей-союзников: фашистской Италии и фалангистской Испании — напасть на все еще смеющих сопротивляться французишек со стороны их собственных границ. Но и его ближайший соратник по Тройственному союзу (третьей была Япония) итальянский дуче Муссолини, и во многом обязанный своей победой над республиканцами германским «добровольцам» испанский каудильо Франко на все горячие призывы Адольфа Алоизовича отделывались не очень вразумительными оправданиями и обещаниями. Они все еще остерегались бросать свои армии в кровавую европейскую мясорубку. Вернее, ждали более благоприятного момента для этого, внимательно следя, на чью чашу весов станет клониться победа.
«Забытую» на время, ушедшую в глубокий отрыв танковую дивизию Кирхера из корпуса Гудериана вместе с самим Быстроходным Гейнцем французы и британцы наконец-то «вспомнили». Оставшихся с небольшим количеством боеприпасов и особенно бензина немцев постепенно обкладывали со всех сторон и поджимали. Союзники особо не спешили — они считали, что время больше работает на них, чем на бошей. Некоторые чрезмерно отдалившиеся от основных сил дивизии танковые и моторизованные взводы, роты и даже батальоны отсекались и пленились или уничтожались под корень.
Чтобы хоть в какой-то мере поддержать эту отрезанную дивизию, ее принялись, как прежде окруженную 11-ю стрелковую бригаду в Дании, снабжать по воздуху. Многочисленные эскадрильи транспортных Ю-52 сбрасывали над ней на парашютах контейнеры с боеприпасами и бочки с бензином. Сперва было наладились это делать в дневное время, но когда подсчитали, что на землю больше опускается не контейнеров и бочек, а самих подбитых самолетов — перешли преимущественно на ночной режим снабжения. Результаты ночных полетов тоже не особо впечатляли, хотя транспортников при этом гибло меньше, — полноценно восстановить былую мобильность и боеспособность танковой дивизии никак не получалось. Доблестное войско уже
В переменных по результатам кровопролитных напряженных боях закончилось жаркое лето — ему на смену пришел не менее теплый на первых порах сентябрь. Напрягшая все силы Германия постепенно начинала переламывать ситуацию в свою пользу. Сперва под непрекращающимся натиском капитулировала добросовестно и доблестно разменявшая в сражениях буквально все свои воздушные и бронетанковые войска на зачастую большие силы врага Голландия. Капитулировало королевство не внезапно, а, можно сказать, организованно, просто принужденное к этому всем ходом событий и действуя по договоренности с союзниками. Голландцам удалось, оставив сильные заслоны, эвакуировать в соседнюю Бельгию по суше и во Францию водным путем значительную часть своей уцелевшей пехоты. Бросаемое на месте тяжелое вооружение по возможности выводилось из строя до полной неремонтопригодности, армейские склады поджигались и взрывались.
Еще через две недели союзников (к тому все шло) буквально выдавили и из Бельгии. Правда, «Дюнкерка» в этот раз у немцев не получилось. Крупные соединения отрезаны не были — основной части войск удалось, хоть и понеся значительные потери и бросая неисправные танки, транспорт и артиллерию, отступить во Францию.
