Устройство Парапета Доблести должно было отвечать главной задаче: все, что на нем будет происходить, должно быть легко видимым с любой окрестной точки, поскольку к моменту начала боев по обе стороны Парапета соберутся десятки тысяч зрителей, приехавших в Овергор только ради этого зрелища. Поэтому Парапет хоть и возвышался над рельефом, все же оставался достаточно низким. Со стороны Ярмарочного поля разбивался временный лагерь «захватчиков». «Хозяева» города оставались внутри. То была дань историческим традициям. Если у «захватчиков» заканчивались бойцы, их атака считалась отбитой, а если они брали верх над «хозяевами», то итогом войны было символическое взятие города. Со стороны лагеря «хозяев» возводился шатер временного госпиталя, где лучшие хирурги обеих сторон оказывали поединщикам медицинскую помощь. Тем, кого реально было спасти.
Чтобы знать не смешивалась с толпой, по внешней стороне крепостной стены выстраивались временные зрительские трибуны. Там оборудовались ложи для коронованных особ и их свит. За оставшиеся вакантными места просили совершенно нереальные деньги. Безусловно, возведение таких сооружений было задачей ответственной, так как на них будут находиться правители двух держав. И если случится обрушение, то обе страны запросто могут остаться без монархов. Поэтому за стройкой надзирали не только инженеры, но и другие облеченные властью чиновники, включая визира и констебля королевского замка.
Риордан оставил Накнийру записку, в которой сообщил, что он вернулся, рассчитывает на аудиенцию и ожидает приказаний. Потом он отправился в управление тайной полиции, чтобы повидаться с Магатом, но того так же не оказалось на месте. Суета перед главным сражением поглотила буквально всех. Тогда Риордану ничего не оставалось, как отправиться домой, принять теплую ванну, поужинать, чтобы уже завтра попытаться с кем-либо увидеться.
Он уже знал, чем займется поутру. Кроме дежурных визитов, он планировал весь день провести в архиве городской стражи. Его интересовали списки въехавших в Овергор. Интересовали они его и раньше, он делал Сирсонуру соответствующее распоряжение, но теперь Риордан точно знал, кого ему искать.
Дома он рассчитывал провести вечер за чтением писем от Парси и отчетов Сирсонура. Но, к удивлению, Риордана, на его имя совсем не поступило почты. Так что ему не оставалось ничего, кроме как строить планы. Перед сном он достал из ножен свою любимую шпагу и еще раз проверил качество заточки клинка и ее остроту. Как-никак вскоре этому оружия предстояло пройти очередную проверку в бою с очень сложным и обученным противником.
На следующий день Риордан, позавтракав яичницей с капустным салатом, сразу направился в архив. Чувствовал при этом он себя странно – все сотрудники тайной полиции были заняты по горло, и только он слонялся без дела. На всякий случай, он зашел в приемную визира и сообщил Франу, где его искать, если он вдруг понадобится.
В этот день даже документы архива остались без присмотра – всех, кто числился в страже, рекрутировали в уличные патрули. Так что Риордану пришлось хозяйничать среди стеллажей с документами самостоятельно. Поиски заняли несколько часов. И вот перед ним оказался лист из реестра въезжающих в Овергор, от одной из надписей на котором гулко застучало его сердце. Среди прочих фамилий и званий там значилось:
«Шевалье Войтан из княжества Ильсингар. Прибыл для установления деловых контактов с овергорскими торговцами мясом. Дворянин».
Риордан прочитал последнюю строчку с пониманием. Несмотря на ленные владения, многие вельможи Овергора не брезговали торговлей. Примером мог служить хотя бы тот же принц Унбог, который, несмотря на положение при дворе, являлся одним из самых крупных конных заводчиков.
«При себе имел рекомендательное письмо от князя Ильсингарского к герцогу Эльвару».
Вот как?! Впрочем, Риордан не сомневался, что его враг так или иначе связан с герцогом. Слишком общие у этих двоих были интересы. Среди которых не последним пунктом было устранение его, Риордана.
Справа в ведомости, датированная тремя днями позже, была приписка:
«Место временного проживания – флигель дома под номером три по улице Ткачей».
Риордан едва не выронил документ. Выходит, убийца все время находился рядом с ним, буквально в сотне шагов. Нет, но какое совпадение! И как они только не встретились? Но уже через несколько мгновений он выругал себя за наивность. Нет, никаким совпадением здесь и не пахло. Войтан намеренно выбрал себе такое место жительства. Держи друзей близко, а врагов еще ближе.
