Как у всех перечисленных, так и у большинства лично не поименованных физиономии были насупленные и возмутительно понимающие. Вопросов – ни лишних, ни не лишних – никто не задавал, уходили молча, старательно избегая встречаться друг с другом взглядами. Похоже, чуть ли не для всех присутствующих тема предстоящего совещания особого секрета не представляла.
– Не думаю, чтобы она согласилась, – сказал Кулакофф, как только за последним из уходящих закрылся дверной портал.
– А почему бы ей и не согласиться? – Лиза пожала плечами и с вызовом оглядела остальных.
Рекс с силой тер лицо обеими руками, выражение на нем имея самое мучительное.
– Ты, что это?.. не согласен?.. – набросилась на него Лиза.
– За счастье счел бы, – с трудом выговорил Рекс, – если бы смог.
– С мамой Лайзой все ясно, а ты что думаешь, Айно?
– Это было бы идеальным решением проблемы, – среди всех присутствующих Черному Барону единственному удавалось сохранить хладнокровие. – Но, боюсь, что Рекс прав.
– В чем таком он прав? – голос Лайзы вдруг снова обрел всю свою чугунность. – В чем эта его правота заключается, если он вообще ничего не сказал?
– Он боится, что она не согласится, – пожал плечами Айно.
– Этого мы все боимся. На нее надо насесть! Всем! Скопом! Ее надо заставить, в конце концов. Это тело просто создано для Калерии, и она должна быть в него инсталлирована. Ты меня слышишь, Рекс? А ну, вытаскивай ее в фантом-контакт сию же минуту!
– Да, – с редкостным единодушием взревели все остальные, – тащи ее сюда!
– А что меня тащить? – перекрывая общий шум, раздался вдруг язвительно спокойный голос Старой Дамы. – Я и так тут.
Старая Дама появилась из-за фантоматора, неспешно подошла к столу и чинно уселась на первый же попавшийся свободный стул. В кабинете стояла гробовая тишина.
– Вы думали, что если я сижу в компьютере, как подсанационная в санатории, то я ваши штучки в реальном мире по вашим же компьютерным следам в мире виртуальном уж и отследить не в состоянии? Тем более что старнет ничем другим, кроме этого на редкость дурацкого покушения, и заниматься не желает? Вы всерьез полагаете, что можете застать меня врасплох? Я вас всех вижу насквозь. Ну, ладно, эти вечные недоросли еще куда ни шло! Что с них взять, с детей-переростков, почему-то вообразивших, что способны без присмотра старших заниматься взрослыми делами? То, что их всех посетила подобная дурацкая идея, я еще как-то могу понять. Но Вы-то, Сережа, Вы? Вы умный, серьезный, а-абсолютно здравомыслящий человек. Вы тоже вообразили, что я позволю инсталлировать себя в тело любовницы собственного племянника?
Произнося эту длинную тираду, Старая Дама понемногу распаляла и накручивала себя. К концу монолога, малейшую попытку прервать его она встречала столь яростным взглядом, что у пытавшегося тут же пропадало всякое желание вообще открывать рот.
– Тетя! – взревел Рекс.
– Молчи, безответственный, инфантильный, безмозглый идиот! Да как тебе даже мысль такая в голову могла прийти? Чтобы я при каждой встрече с тобой тут же и вспоминала, что твои чертовы лапы обшарили каждый уголок на этом теперь уже моем теле? Что ты… ты…. Извращенец! Все вы тут чертовы извращенцы, если думаете, что я способна сделать это тело своим.
– Что ты несешь! Что за дурь, бред и несусветность! – орал, в свою очередь, Рекс. – Голову включи! Мозги! Какое отношение я имею к этому телу?
– Ты с ним спал!
– С кем я спал? С кем? Боже мой, нет, вы только послушайте, что она несет! Разве это Сурия? Это вовсе не Сурия. Это совершенно другое тело. В том смысле, о котором ты говоришь, оно к Сурие не имеет ни малейшего отношения. Это ее сестра… может быть, еще куда ни шло. Я ни разу в жизни не дотрагивался ни до одного атома, составляющего это тело, понятно тебе?
Старая Дама несколько растерялась. Взглянуть на проблему под таким углом зрения ей до сих пор не приходило в голову. Впрочем, ей тут же пришел на ум один, вроде бы, бесспорный довод.
– Но генетически-то, генетически! Это тело повторяет тело твоей любов… Сурии в мельчайших подробностях и деталях.
– Ну, ты и сказанула, а еще умный человек! – вздохнула старая Лайза. – А я-то еще всегда глядела на тебя снизу вверх. И что тогда такое, по-твоему, однояйцевые близнецы? Тебя послушать, так у них одно тело на двоих?
– Калерия, – Кулакофф значительно поднял кверху палец. – Если честно, когда мне впервые пришла в голову идея, что этот клон может стать идеальным решением Вашей проблемы, я предвидел возможность такого развития… э… разговора. В этой связи, я бы хотел напомнить Вам одно обстоятельство. Вы по крови не Азерски, правильно? Вы урожденная Старкофф. Но и старкоффской крови в Вас всего лишь половина, и та по мужской линии. А вот к какому роду принадлежала Ваша мама? По женской линии Вы – Бюллер!
Все присутствующие дружно взревели.
