– Застрелен в упор, – замечает он, слегка приподняв бровь. – Убийца не боялся шума. Видимо, он уже давно потерял терпение. Пётр присоединяется к нему, его взгляд сосредоточен на ключе, который всё ещё зажат в руке проводника. Он осторожно берёт его, осматривает.
– Это ключ от всех дверей в вагоне, – произносит он. – Возможно, именно его убийца пытался добыть.
– Значит, он до сих пор здесь, – отвечает Васильевич, поднимаясь. – У нас есть шанс его поймать, пока он не дошёл до следующей стадии своих планов. Но напряжение остаётся. Пётр понимает, что ситуация всё ещё хрупкая. Любой неверный шаг может дать убийце возможность скрыться. Шёпот в коридоре постепенно стихает, и пассажиры начинают возвращаться в свои купе, хотя страх и напряжение всё ещё читаются на их лицах. Корнеев приказывает урядникам усилить патрулирование, чтобы не допустить повторения хаоса. Пётр и Васильевич остаются возле тела проводника, размышляя о последних событиях.
– Если убийца хотел создать панику, он добился своего, – замечает Васильевич, скрестив руки. – Люди боятся не столько смерти, сколько того, что это произойдёт прямо здесь, с ними.
– Паника – его инструмент, – отвечает Пётр, подняв голову. – Чем больше хаоса, тем больше возможностей для него остаться незамеченным.
Он снова осматривает ключ, который был найден в руке проводника. Этот небольшой, но важный предмет становится центральной деталью в расследовании. Пётр понимает, что убийца, скорее всего, хотел заполучить его, чтобы иметь доступ ко всем купе вагона.
– Как ты думаешь, он искал только ключ? – спрашивает Васильевич, слегка наклонив голову. – Или это отвлекающий манёвр?
– Убийца мог попытаться выйти через тамбур, но передумал, – отвечает Пётр. – Это значит, что он всё ещё здесь. И его действия становятся всё более рискованными.
Корнеев возвращается к ним, его лицо напряжено.
– Мы нашли ещё один след, – говорит он, указав на дверь в соседнее купе. – Похоже, убийца попытался спрятаться здесь после стрельбы.
Пётр быстро направляется к указанному месту. Внутри купе всё выглядит спокойно, но на полу виднеется слабый след обуви, будто кто-то стоял здесь и наблюдал за происходящим через щель в двери.
– Он следил за нами, – произносит Пётр, осматривая стены и пол. – Ему нужно было понять, как мы будем действовать. Это говорит о том, что он чувствует себя уверенно.
– Или просто хочет узнать наши слабости, – добавляет Васильевич.
Тем временем пассажиры начинают снова оживляться. Их разговоры становятся всё громче, требуя объяснений. Кто-то даже предлагает разделиться на группы, чтобы самостоятельно искать убийцу. Корнеев решительно пресекает это предложение, но напряжение продолжает расти.
– У нас мало времени, – говорит Пётр, глядя на Корнеева. – Нужно действовать быстро. Следы приведут нас к нему, если мы будем внимательны. Они начинают методично проверять каждое купе, присматриваясь к мельчайшим деталям. Убийца всё ещё среди них, но теперь давление на него усиливается. Каждая минута приближает их к разгадке, но и увеличивает риск нового хаоса. Когда напряжение в вагоне достигло предела, одна из урядников – молодой парень с бдительным взглядом – подходит к Петру и Васильевичу. Он держит в руках небольшой предмет, завернутый в ткань. Видно, что он удивлён и встревожен.
– Господа, это было найдено под скамейкой в соседнем купе, – сообщает он, разворачивая ткань. Внутри находится небольшой пузырёк с прозрачной жидкостью. На этикетке виднеется практически стёртая надпись: «Раствор мышьяка».
Васильевич тихо присвистывает.
– Ну вот, вы сами говорили, что театр. А тут реквизит прямо к нам в руки плывёт, – произносит он, наклоняясь ближе. – Почему он остался в купе? Убийца такой беспечный?
Пётр внимательно смотрит на пузырёк, его взгляд сосредоточен.
– Он мог оставить это специально, – отвечает он. – Чтобы мы нашли и сосредоточились на этом купе, отвлекаясь от настоящих деталей.
– Или он просто не успел его спрятать, – замечает урядник. – Паника заставила его действовать быстрее.
Пётр поднимает пузырёк, осторожно поворачивая его в руках. На стекле видны отпечатки пальцев – слабые, но всё же заметные. Он понимает, что это важная улика, но её значение пока не ясно.
– Мы проверим отпечатки, если удастся сохранить их, – говорит он, возвращая пузырёк в ткань. – Это может дать нам хоть какую-то зацепку. Васильевич хмурится, наблюдая за пассажирами, которые всё ещё находятся в коридоре.
– Теперь у нас две большие проблемы. Во-первых, найти убийцу. Во-вторых, удержать всех здесь, пока они сами не начали искать виновного, – произносит он. – Если так продолжится, мы получим третий труп.