Отрывной календарь полностью

Следом за Борисом в квартиру, неуклюже стукнувшись о косяк, вошел весьма несуразный товарищ. Представился: «Мы с Вашим страстным поклонником трудимся вместе». Как видно, на кафедре истории работают клоны, чтобы студенты не путались, по какому предмету сейчас лекция: такие же непонятной фирмы скучно-синие джинсы с пузырями на коленках, рубашка в клетку и темно-коричневая куртка с китайской надписью. Ростом друг-коллега удался. Почти на две головы выше Наташи, к тому же страдал хронической неуклюжестью и постоянно извинялся, что-нибудь задев.

Коньяк сели пить в гостиной, Боря вел себя по-особенному торжественно. Еще бы! Первый показ возлюбленной другу. Сначала Наташа раздражалась тем, насколько по-хозяйски вел Борис. Раньше он такого не позволял, но видно в присутствии постороннего человека, вошедшего в курс отношений, обострилось желание продемонстрировать наличие власти над женщиной, тем более на ее территории. Пару раз погладил Наташу по спине, стремясь спуститься пониже, но она ловко ускользала. Вроде бы понял, угомонился. Но «Натусечка, милая, солнышко мое» так и сыпались охапками в уши. Раздражение потом утихло, клоны-историки очень забавно и умно шутили между собой и друг над другом, рассказывали разные истории Наташе, всячески выражали признательность за гостеприимство, подъедая в качестве закуски, все, что нашлось в холодильнике: сыр, помидоры, отварную картошку, даже засохший лимон, посыпанный сахаром. Коньяк пить не стала, зато от души наелась мороженого. В жизни женщины этот продукт, как анальгетик, способен угомонить самые тяжкие ощущения. Налопаешься холодного и сладкого, глядишь, настроение и впрямь начинает улучшаться. Последние странные дни и Саша растворялись в прошлом, к которому не хотелось возвращаться. Тешил честолюбие живой потешный Борис с постоянным желанием угодить Наташе, пробуждал кокетство.

В одиннадцать вечера, Борис погрузил друга в такси, а сам упросил Наташу остаться с ночевкой. На жалобы об усталости, ответил заманчивым предложением сделать особый тантрический массаж, потом попечалился, мол, соскучился. Пришлось поддаться на уговоры и позволить. Успокоила себя: совесть осталась чиста, ничему и никому не должна, а уставшее тело после дикого напряжения рядом с Сашей просто кричало о желании расслабиться и раствориться в реальной любви.

* * *

Из нервного неглубокого сна вырвал настойчивый звонок телефона. Глянула на спящего Бориса, блин, заворочался. Быстро схватила, отключила. Завернувшись в одеяло, ушла на кухню, не стала включать свет. Конечно, Саша?!

Перезвонила:

– Привет, что-то случилось?

– Нат, я уснуть не могу. – Голос хриплый, почти незнакомый. – Помоги.

– Ну вот, ты даешь. Мне приехать?

– Да зачем ты среди ночи поедешь. Я помню, и по телефону помогать умеешь. – То ли всхлипнул, то ли хмыкнул.

– Да уж. Благодаря тебе, у меня открываются совершенно неожиданные способности. – Наташа печально улыбнулась. Видел бы сейчас ее: голая растрепа, привидение в одеяле, в темной кухне в два часа ночи, с сжимающимся от радости сердцем почти шепчет, потому что боится разбудить посапывающего в кровати любовника. – Ну, давай, рассказывай, что ты сейчас делаешь?

– В комнате темно, я лежу на диване. Пытался уснуть, сбил всю простынь, одеяло на полу. Да, совсем забыл: я – в одних трусах.

– М-м, как пикантно. Для начала поправь простынь и переверни подушку. Примета есть такая, если положить другой стороной, то плохой сон и бессонница уйдут. Давай, действуй, я подожду. – Наташа замерла, вслушиваясь в Сашино шебуршание в телефоне. На мгновенье показалось, что рядом, настолько явственно представляла обстановку в маленькой квартире.

– Все, лег. А ты давай тоже говори, в чем одета и что делаешь. А то нечестно, я же все рассказал.

Возбуждение мгновенно охватило Наташу от его слов. Ух, намного сильнее того, что пару часов назад с Борей. – Саша, ты не представляешь, но мне нечего даже назвать, кроме одеяла.

– Ого! Не ожидал! Зачем ты так?! Моя фантазия начинает будить еще сильнее. – По голосу слышно, как заулыбался. – Цель-то ставилась уснуть покрепче. А ты сейчас в постели?

– Нет, я на кухне, сижу на табуреточке, смотрю в окно на фонари.

– Сними одеяло и иди к окну. – Неожиданно попросил Саша. – Я сейчас тоже подойду и буду представлять, что вижу тебя.

– У нас опять что-то происходит виртуально? – Наташа подошла к окну, но убирать одеяло не стала, смутилась, будто Саша на самом деле мог увидеть. Почему только по телефону такой смелый, а в жизни не готов даже доброе слово сказать?

Каким-то образом, подслушав молчаливый вопрос, Саша ответил. – Наверное, мы с тобой большие трусы. Для нас виртуальный мир ближе, а реальность пугает, как малых детей.

– Не поспоришь с таким утверждением.

– Ты всегда спишь голой? – Лихо перескочил с одной мысли на другую.

– Нет, конечно. Обычно одета в пижамку.

– А сегодня… – он осекся, – Ладно, не отвечай, не дурак, все понял. Не от плохой жизни спят голышом, а от личной.