–Живя внутри, в ограниченном пространстве, где нет ни малейших щёлочек во внешний мир, трудно вообразить, насколько он огромен. Да что уж там, я впервые увидел – не в фильмах – что такое ночь. Впервые наступил на траву, а не на гладкий пол. Всё было впервые и очень чудно, странно. Но приходилось спешить. Я ведь даже не понял тогда, что мой дом, бывший дом,– поправляет он себя,– Находится под землёй, уходит вглубь. Помню только несколько невысоких холмов вокруг и лес. Бежал я долго, не выбирая направления. Когда перестало хватать воздуха и больно жгло внутри, забился под наломанные сучья. Сон не шёл, внутри сидел страх, что вот-вот они нападут на мой след, вернут обратно. Не знаю даже, чего боялся сильнее: возможного наказания или самого факта, что придётся жить дальше, что придётся смириться. Когда рассвело, отправился дальше. Точно уже и не мог определить, с какой стороны вышел. Шлем пришлось оставить на месте ночлега. То ли в нём была неисправность, то ли я не разобрался с настройками, но свои функции он не выполнял.
–У них индивидуальные настройки,– говорит Марк.– А тот, который взял ты, мог быть вообще не активированным.
Вспоминаю, как едва не задохнулась, когда убегали от заблудших. Лама кивает.
–Больше ничего интересного не произошло. Через несколько дней меня нашли ребята из лагеря: я подошёл совсем близко. Поначалу расспрашивали, как оказался здесь. Что-то удержало меня от правдивого рассказа. Я хорошо знал, как устроена жизнь в Городе, нам рассказывали об этом с ранних лет. И одежда моя ничем не отличалась от их. Выдумал слезливую историю о том, что не знаю своих родителей, и жизнь совсем несладкая. Они решили, что я сбежал. И даже одобрили мой поступок. Так я обрёл новый дом.
Я внимательно смотрю на парня. А так ли далека выдумка от действительности? Поправки есть, но совсем незначительные. Лама ловит мой взгляд. Лёгкий пожатие плечами – вот ответ на не прозвучавший вопрос.
–Ну а Сель? Что скажешь на счёт неё?– после недолгих размышлений спрашивает Кит.– Какие для неё найдутся оправдания?
–Ей не в чём оправдываться. Про татуировку ты уже знаешь: это дело рук Марка. А вторая причина, почему я поверил…– он тихо улыбается своим мыслям.– У заблудших есть один закон. Я не знал о нём до побега. Тех, кто ушёл, обратно не принимают. Даже если ты и найдёшь дорогу, ты не переступишь порог убежища. А Сель пошла со мной. Она ведь сразу поняла, куда я её веду, но пошла. И её приняли.
За нашими спинами раздаётся хруст ломающегося прутика. Оборачиваюсь – никого. Скорее всего, выставленная охрана бродит вокруг. Но Кит заметно напрягается, хоть и старается не выдавать волнения.
–Хорошо,– вздыхает она.– Допустим, я поверила вам. Но это ещё не значит, что обвинения сняты. В конце концов, вы ведь и есть заблудшие. И нет никаких гарантий, что не готовится новое нападение. Я не могу подвергнуть угрозе столько людей.
Она нервно покусывает костяшки пальцев. Лама, не выдавая нетерпения, ожидает её вердикт.
–Но и вы… не оставлять же вас так…
–Что случилось в лагере, пока мы отсутствовали?
Почему он думает, что что-то случилось, что его насторожило? Лес спокоен, и в воздухе атмосфера приближающейся осени. Может, его смутил приём, оказанный нам лесными? Но на что могли рассчитывать бродяги, двое из которых в одежде заблудших? Причина кроется в другом.
–Ждёте гостей?
Каких гостей? О чём он? Но лицо Кит не выражает удивления.
–Можно сказать и так. Теперь мой черёд рассказывать. Только займёт это гораздо меньше времени. На нас напали.
–Наши?– округляет глаза Марк. Но девушка качает головой.
–Городские.
Ночь. Темнота вязкая, сырая, холод пробирает до костей. Я так и не поменяла комбинезон на другую одежду, только накинула сверху свитер. За мохнатыми макушками сосен не видно звёзд. В низинах среди стволов начинает собираться туман, утром он расползётся далеко по лесу и поднимется высоко молочной непроглядной дымкой. Справа от меня Лама разговаривает о чём-то с Кит. Слева Марк и двое ребят из лагеря – те самые, которые оставались днём охранять от нас Кит.
Её рассказ действительно отнял совсем немного времени. Неделю назад, через пару дней после нашего исчезновения, в лагере появилась городская охрана. Их было трое. В каждой руке по пистолету. Шли, не таясь, цепко выхватывая взглядом всё по сторонам. Они всматривались в лица каждого проходящего мимо человека. Кит с Мирой и Кором как раз возвращались с озера. Ещё издалека заметив неладное, Кит почти сразу сообразила, что искали кого-то определённого. Но кого именно? Дав спутникам знак оставаться на месте, Кит перебежками подобралась поближе. Охранники уже уходили.
