От последней фразы Сергей напрягся. Он отлично понимал, о чём говорит Купер. «Имитация утопления» или же «пытка водой» была любимым развлечением спецслужб, пока технический прогресс не подарил миру более надёжные и «гуманные» методы выбивания информации. Выглядело это следующим образом: человека клали на спину, накрывали лицо полотенцем или другой тканью и начинали медленно лить сверху воду. У жертвы создавалось ощущение, что она тонет. После такой обработки даже самый стойкий молчун быстро ломался и выбалтывал всё, что от него хотели узнать.
– О каких дружках вы говорите, если не секрет? – невозмутимо спросил Сергей, сделав вид, что не уловил намёка Купера.
– А то ты не знаешь, – майор вновь обратился к своим записям. – Анджей Новак, Крис Холанд, Самир Фарадж – вся руководящая троица. А вот этот парень меня особенно порадовал: Пьер Бакка по прозвищу Бык. Ну и бугай же он. Я думал такого расколоть вообще нереально. Как же я ошибался. Мне даже воду на него лить не пришлось. Только на спинку уложили эту тушу, как он сразу расплакался, словно маленькая девочка, и всё про тебя выболтал. Не веришь? Давай спустимся в подвал, там ты сможешь поболтать со своими друзьями. Может, их счастливые влажные лица помогут тебе написать признание? – Купер по-акульи оскалился. – Я даже позволю оформить это как явку с повинной. Напишем, что ты сам пришёл ко мне и сдал всех своих подельников. Уверен, командор это оценит.
– Сэр, я, конечно, понимаю, что вы меня искренне презираете, но неужели в ваших глазах я действительно похож на крысу, которая может так поступить? Ну, чисто гипотетически, если бы всё рассказанное вами ранее действительно имело место быть.
Купер начал понемногу выходить из себя:
– Да ты и есть самая настоящая крыса, Калашников, какие бы оправдания ты сам себе ни придумал. Думаешь, своим молчанием ты заслужишь хоть каплю уважения? Так вот, ни хрена. Таким, как ты, нет места в гвардии. Я говорил об этом Савину, но он меня не слушал, вы же с ним типа братаны. Так вот, запомни мои слова: мне глубоко насрать, чем для тебя всё это закончится, оставит ли тебя командор или вышвырнет ко всем чертям, но для меня и всех моих бойцов ты навсегда останешься крысой. Лживой, вонючей, скользкой крысой. Отныне можешь считать это своим официальным погонялом. Ты хорошо меня понял, Крыса?
– Так точно, сэр, – невозмутимо ответил Сергей.
Он и не подозревал, что майора Купера можно так легко вывести из себя. Да, время от времени он позволял себе нарушать определённые рамки и повышать голос на подчинённых, но даже в таких ситуациях он всегда держал ситуацию под контролем или хотя бы создавал такую иллюзию. А сейчас что-то действительно пошло не по плану, и Купер категорически не желал этого принимать. Немного успокоившись, он продолжил:
– Ладно, чёрт с тобой. Пускай командор решает, что с тобой делать. Можешь пока радоваться, что успел урвать кусок от торговли этой «дурью». Второго такого шанса тебе точно не выпадет. Но, будь добр, ответь мне на один вопрос, который не даёт мне покоя. На кой чёрт тебе столько денег? Новак сказал, ты их вообще ни на что не тратил. У тебя там любовница на стороне или что круче? Может, ты в карты проигрался или задолжал кому? Если у тебя серьёзные проблемы, поделись этим, может, я смогу помочь. Это всё не для протокола, если что. Считай у нас чисто мужской разговор.
– Сэр, с чего вдруг такая забота обо мне? – удивился Сергей.
– Да плевать мне на тебя, Крыса. Я бы с удовольствием прямо здесь тебя отмудохал, и никакой командор мне не помешал бы. Но мне не плевать на твою семью. Я уж не знаю, какого чёрта Лиза выбрала именно тебя, наверно из жалости, но я бы очень не хотел, чтобы у неё или её детей возникли проблемы по твоей вине. Так что, колись.
– Сэр, уверяю вас, у меня нет ни любовницы, ни карточных долгов, ни чего-то подобного. Я люблю свою жену и дочь, и ради них пойду буквально на всё, можете в этом не сомневаться. Я искренне благодарен вам за такое предложение, но мне действительно не нужна ничья помощь, я отлично справляюсь со всем сам.
– Может, хотя бы намекнёшь, в чём дело? Ну, чтобы я был спокоен и больше не лез в ваши семейные дела.
– Сэр, могу лишь сказать, что в моих планах нет ничего противозаконного или аморального. Всё, что я делал, было ради счастья и благополучия моей семьи. Вы, конечно, можете меня осуждать, но уверен, на моём месте вы бы поступили так же. Больше мне нечего вам сказать. Я могу наконец идти?
– Значит, ради семьи, говоришь? – Купер вновь откинулся на спинку кресла, задумчиво почесал подбородок и несколько секунд спустя крикнул: – Хьюго!
Дверь открылась, и в кабинет вошёл рослый жандарм в синем комбинезоне.
– Вызывали, сэр?
Несмотря на маску, закрывавшую лицо мужчины, Сергей точно опознал по голосу своего бывшего командира, капитана Миллера.
