Мавна смотрела на них лишь мельком. Хотелось закричать, выкинуть телефон, попросить заткнуться и не писать ей больше никогда. Добавить его в чёрный список и стереть из памяти всё, что он говорил про упырей. Закрыться в себе и зажать уши, чтобы больше никто не смел говорить ей ни слова об упырях, иначе она просто слетит с катушек.
Глаза бы её больше их не видели. Обоих.
А вот Варде молчал. Даже не предложил, как обычно, встретить её после работы. Ну и пусть себе дальше молчит. У неё есть Купава.
– Роллы уже привезли, – сказала Купава ровным и уверенным голосом, от которого у Мавны сразу стало теплее на душе. – Оставляй вещи, иди мыть руки и залезай на диван. Будем с тобой терапевтически батониться.
Вместо ответа Мавна всхлипнула, стиснула подругу в объятиях и расцеловала в обе щеки. От Купавы, как всегда, умопомрачительно пахло, и кожа была мягкой-мягкой, а ткань домашней одежды ощущалась под ладонями как что-то небесное.
В ванной, обставленной орхидеями в кашпо и ароматическими диффузорами, Мавна провела больше времени, чем требовалось для того, чтобы просто помыть руки. Она едва справилась с искушением сунуть голову под струю холодной воды: так часто делал Илар и тряс потом мокрыми волосами. Он утверждал, что это помогает ему собраться с мыслями. А вот мысли Мавны явно требовали того, чтобы их кто-то собрал в одну аккуратную кучку. А ещё лучше – разложил по полочкам.
Купава в это время открыла вино, разлила по красивейшим хрустальным бокалам и сервировала суши, разложив на тарелки. На столике перед диваном пристроился небольшой букет белых лилий, и их аромат наполнял гостиную. По телевизору шла какая-то сладкая мелодрама, которую Мавна смотрела ещё в школе на диске. Хорошо хоть не фильм про нежить.
– Ну что, полегчало? – Купава вальяжно развалилась на диване, зажав конец пушистого белого пледа между коленями. – Иди ко мне, ещё больше полегчает.
Она подвинулась, освобождая Мавне место, и протянула ей бокал с вином. Красное Купава принципиально не пила, сразу капризно прижимала тыльную сторону ладони ко лбу и притворно вздыхала, что от красного вина у неё сразу начинается мигрень. Ну а Мавна принципиальной разницы не видела, ей бы и фруктовое пиво за шестьдесят удельцев более чем подошло.
Мавна забралась с ногами на диван, взяла бокал и сразу отпила половину. Утёрла рот и положила голову Купаве на плечо. Та стала успокаивающе перебирать её пряди пальцами.
– Ну говори, кто тебя обидел. Кому задницу надрать?
– Сама не знаю, – вздохнула Мавна. Её ресницы ещё были мокрыми и слипшимися после умывания, в груди давило от обиды и смятения, но полбокала вина разлились внутри теплом. – Всё. Меня обидело всё. Я так не могу больше.
– Устала?
Купава осторожно пересела так, чтобы пытливо заглядывать Мавне в лицо, будто психотерапевт на приёме. Как-то незаметно у неё в руках материализовался блокнот в пушистой белой обложке и ручка.
– Устала, – согласилась Мавна. – От вранья и всей непонятной суеты. А ещё Варде…
– Если он довёл тебя до слёз, то получит у меня, – буркнула Купава, делая первые заметки в блокноте. – Ты же с ним начала встречаться не для того, чтобы приходить ко мне в слезах, верно?
– Верно…
– Так и запишем. Давай, говори, что твой лягушачий принц натворил.
Мавна знала, что Купава зовёт Варде лягушачьим принцем не всерьёз, всего-то из-за одной татуировки, но сейчас по коже пробежали мурашки. И правда, эта тяга к лягушкам теперь даже не казалась милой. Если он упырь, то понятно, почему ему так нравятся болотные твари.
Темень, как могло случиться так, что её худший кошмар с нападением упыря всегда был рядом? Как она могла с ним встречаться и… спать? Мавну затошнило, она сама себе показалась грязной и униженной. Проклятье, проклятье… Кошмар, сущий кошмар.
– Он предлагает жить вместе, – тихо сказала Мавна. – Но его отец… Я его боюсь. Я видела, как он наливает из банок кровь.
– Кровь?
Мавна сглотнула и зябко поджала под себя ноги. В светлой и уютной квартире Купавы ей нечего было бояться, и тут точно не водилось никаких странных мужчин с банками, но от воспоминаний всё равно по спине бегали мурашки размером с горошины.
– Да. Пахло железом и выглядело как кровь. Не знаю, чья это. Может, свиная. Но всё равно это жутко и странно. Как ты думаешь, зачем можно пить кровь?
Мавна перевела на Купаву жалобный взгляд и затаила дыхание. Может, подруга сейчас найдёт какое-то разумное объяснение? Купава ведь умная и точно знает кучу всего. А Мавна послушает её и снова поверит, что не бывает упырей, похожих на людей.
– Да мало ли зачем. Какая разница? В любом случае ничего хорошего в этом нет. Он либо начитался псевдонаучных статей про то, что железо можно повысить, выпивая кровь, либо просто ненормальный. А ты у Варде спрашивала? Что он говорит?
Мавна вздохнула. Объяснения от Купавы прозвучали не так убедительно, как она надеялась.
– Я побоялась, – ответила она и поковыряла уголок пледа. – Он сам тоже стал какой-то странный. Все эти предложения то замуж, то переехать. Жить под одной крышей с его отцом я точно не буду.
