Сенница была права, у него успел завестись знатный свинарник: мешок с грязной одеждой и постельным бельём портил весь вид, стоя у двери, и изрядно нервировал. Ещё шишка эта. Смородник взвалил мешок на плечо и поплёлся в подвальный этаж, где была постирочная. Он давно не сверялся с графиком отрядов и не знал, чья сейчас очередь стирать вещи, но решил разбираться с проблемами на месте, если они возникнут. Обычно пары грозных взглядов и грубой фразы хватало, чтобы избежать серьёзного конфликта, ну а если нет… Тоже ничего страшного. Кулаки решали ещё больше проблем, чем слова.
В помещении с рядами стиральных машин сами собой вспыхнули бледно-красные лампы. Тут было жарко и влажно, по стенам тянулись отопительные трубы, нагревающиеся от ящика с искрой на первом этаже.
Смородник сначала сунул голову в дверь и, не встретив там никого, с удовлетворением прошёл к дальней стиральной машине, но решил всё-таки выбрать предпоследнюю. С ней не было связано столько неприятных ассоциаций…
Но вещей на стирку было много, один только пододеяльник чего стоил, и пришлось занять сразу две машинки. Ну ничего, вроде бы пока больше никому не нужно стирать. Зато на сушилках висели чьи-то пледы, куртки и штаны.
Смородник воровато оглянулся и вынул из кармана сигареты. Ему влетит, если застукают курящим в общем помещении: тут даже плакат предостерегал от курения.
Ага, щас. До улицы ещё доковылять надо, а голова, тяжёлая от жара, и так начала сильнее кружиться после беготни по лестницам с объёмистым мешком.
– О… Я не скажу, не переживай.
Смородник выругался и спрятал сигарету. В постирочной появилась девушка: высокая, рыжеволосая, в чёрных кожаных штанах. Лунница, чтоб её. Смородник избегал встреч с бывшей и с радостью продолжил бы избегать, но судьба, видимо, всё-таки решила столкнуть их лбами. Лунница держала перед собой аккуратную пластиковую корзинку с парой блузок и полотенцем.
Первым желанием было сбежать, но Смородник подумал, что всё-таки это будет выглядеть совсем уж глупо. Это она должна была стыдиться встреч с ним, а не он. Он ничего плохого ей не сделал.
– Да говори сколько хочешь, – ощерился он. – Хоть всей общаге.
Лунница пожала плечами и, присев, стала складывать вещи в машинку. Смородник отвернулся к стене, чтобы не смотреть на неё.
– Как дела? Выглядишь ужасно.
Лунница попыталась завязать разговор, но Смородника это только бесило.
– Сочту за комплимент.
Он достал бумажный платок и шумно высморкался, понадеявшись, что Лунницу его бактерии точно отпугнут. Но она и не думала уходить, включила машинку и подошла ближе к Смороднику, облокотившись о гладильную доску.
Смородник вжался спиной в угол и скрестил руки на груди. Хотелось бы сесть, да хоть бы прямо на пол, но при Луннице показывать слабость не было желания. Потерпит.
– Я слышала, ты без оружия убил огромного упыря. Прямо своими руками. Это… впечатляет.
Смородник не ответил.
Присутствие Лунницы, ещё и именно в этом месте, вселяло тревогу. Всплывали непрошенные воспоминания, и хотелось скорее уйти отсюда, снова забиться в свою комнату и проспать до вечера.
– Ты не пострадал? Я за тебя волновалась.
«Волновалась». Как же.
– Поэтому трахалась с Багульником на этом самом месте? – Смородник кивнул на крайнюю стиральную машину. – И Свет знает, с кем ещё.
Он и сам не ожидал от себя, что так скоро вспылит. Лунница тоже закурила – медленно вытянув сигарету тонкими длинными пальцами. Смородник хотел съязвить насчёт того, что он может пожаловаться на курение, но Лунница будто прочитала всё на его лице.
– Ты ничего не скажешь. Я же тебя знаю.
Она протянула руку к его плечу, но Смородник отшатнулся.
– Не трогай меня.
Лунница криво усмехнулась.
– Раньше ты был покладистее. Иногда я по тебе ещё скучаю. К тебе недавно приходила девочка. Кто она?
– Не твоё собачье дело.
– Понимаю. Но уж очень интересно.
Смородник фыркнул. Он старался не смотреть на Лунницу, но всё равно не мог не заметить, что она была обворожительна, как всегда. Сапоги на тонких каблуках, длинные гладкие волосы – ярко-рыжие, с золотым блеском; на ней были кожаные брюки и куртка, поверх алой блузы – портупея из тонких ремешков. От неё пахло сигаретным дымом и тяжёлыми древесными духами, которые столь же хорошо подошли бы и мужчине.
Лунница придвинулась чуть ближе, при желании могла бы дотронуться до локтя, и Смородник насторожился, готовый в любой момент отпрянуть от неё, лишь бы не касаться.
– Хорошо, что кто-то смог о тебе позаботиться, – продолжила она. Её голос звучал ровно и спокойно, при других обстоятельствах Смородник мог бы даже поверить, что ей правда не всё равно. Но его доверие она сама разбила вдребезги. – Если тебе что-то понадобится, звони. Я же вижу, какие неприятные «послания» тебе оставляют. Всё общежитие видит, твоя дверь прямо у лестницы.
– Я знаю, где моя дверь.
– …и мне неприятно это видеть. А ещё я слышала про то, как тебя подставили. И плюнула Лыку в рожу. Так нельзя. Не думай, что я злорадствую вместе со всеми.
