Эта мысль заставила ее с ужасом заподозрить, что и нынешняя травма была притворством и что Мелоди никак не пострадала вчера вечером. И Джейн тихо порадовалась, что ни один из джентльменов не смотрит сейчас на нее, потому что мысли, роившиеся у нее в голове, вызывали такую бурю чувств, что скрыть ее не удавалось никоим образом. Мелоди, заметив выражение лица сестры, побледнела еще сильнее.
Джейн отчаянно захотелось, чтобы джентльмены поскорее ушли – так она смогла бы расспросить сестру напрямую. Ведь это было невозможно – попросту невозможно! – чтобы ее сестра так нахально солгала, чтобы привлечь внимание мистера Дюнкерка.
Сколько же именно в ее травме было притворства? Действительно ли Мелоди запнулась и упала или же даже само падение было частью ее
Остаток утра показался Джейн мучительно долгим – она изо всех сил старалась скрыть свои подозрения от обоих мужчин, а Мелоди делала все, чтобы удержать их подольше.
Джейн едва могла поверить в тот внушительный перечень достижений, который был озвучен гостями, чтобы впечатлить Мелоди: стоило мистеру Дюнкерку упомянуть своего охотничьего пса, как капитан Ливингстон тут же заговорил о собственном псе и о том, насколько высокую изгородь может перепрыгнуть его лошадь, что, в свою очередь, сподвигло мистера Дюнкерка вспомнить забавный случай с предыдущей охоты…
Эти разговоры замыкались в утомительный круг, Джейн делала вид, что внимательно слушает, зато Мелоди, похоже, была совершенно очарована попытками мужчин перещеголять друг друга, хотя Джейн знала, что сестрица совершенно равнодушна к охоте. Просто было совершенно очевидно, что она не желает оставаться с Джейн наедине, так что изо всех сил старается сделать так, чтобы гости задержались еще ненадолго.
В какой-то момент капитан Ливингстон заметил, что за окном отличная погода, и Мелоди тут же откликнулась:
– Ох, как бы я хотела выйти и подышать свежим воздухом! Однако мне остается лишь надеяться, что и завтра погода будет такой же славной.
После этого мужчинам ничего не оставалось, кроме как предложить ей помощь. Усадив ее в кресло, они вдвоем подняли его и вынесли на лужайку. Джейн, снова вынужденная играть роль сопровождающей, направилась следом, молясь, чтобы пришел кто-нибудь из родителей и она смогла бы со спокойной душой уйти.
Хотя она и понимала, что стоит помочь сестрице заполучить жениха, ее невероятно коробили те игры, в которые играла Мелоди. Через некоторое время пришла Нэнси и сообщила, что чай подан, и джентльмены занесли Мелоди обратно в дом и наконец-то откланялись. Мистер Дюнкерк, как выяснилось, пообещал Бет, что отправится с ней на конную прогулку, а капитану Ливингстону предстояло выполнить кое-какие поручения леди Фитцкэмерон.
После того как входная дверь захлопнулась и гости благополучно отправились восвояси, Джейн обернулась к Мелоди – все это время она подбирала слова, чтобы начать разговор. Потому что если она все-таки ошиблась насчет Мелоди, то эти подозрения могут непоправимо испортить их отношения. Но Джейн так и не успела задать ни одного из сформулированных ею вопросов; едва обернувшись, она увидела, что Мелоди сидит, уверенно поставив обе ноги на пол, а ее глаза полны слез.
– Ох, Джейн, прости меня! – Мелоди схватилась за голову; Джейн еще никогда не видела сестру в такой истерике. – Я вовсе не хотела!.. Не знаю, зачем я это сделала… но после того, как все случилось, я уже не знала, как все исправить… Это очень скверно, да, я знаю, но, пожалуйста, ничего не говори… – Она подняла глаза, покрасневшие от жгучих слез стыда. – Умоляю тебя, никому не говори…
Джейн подошла ближе и села напротив Мелоди – больше ради того, чтобы выиграть пару минут и обдумать услышанное.
– То есть я правильно понимаю, что ты вовсе не вывихнула вчера никакую лодыжку?
– Этот вывих – точно такой же, как и тот, что якобы приключился со мной пару дней назад. Если меня что и терзает по-настоящему, то лишь моя собственная зависть. – Мелоди откинулась на спинку дивана.
– Зависть? Чему или кому же ты так завидуешь, что аж решилась прикинуться пострадавшей?
