Мистер Дюнкерк вошел в зал вместе с мистером Винсентом – они оживленно обсуждали мелкие детали, заложенные чароплетом в убранство столовой. И мистер Винсент оказался единственным, кто заметил волнение Джейн.
– Вас что-то тревожит? – спросил он, поднимая бровь.
– Нет. Спасибо, что спросили. – Конечно же, с его-то умением замечать каждую мелочь чароплет должен был заметить ее беспокойство. Джейн постаралась взять себя в руки, но все-таки ее голос дрожал так отчаянно, что даже мистер Дюнкерк заметил это и задал тот же самый вопрос. Бет, стоявшая рядом, умоляюще взглянула на нее, но Джейн и не собиралась нарушать данное слово.
– Честное слово, со мной все в порядке. Я просто хотела отдохнуть от суеты и шума гостиной. – Она отвернулась и принялась разглядывать деревья, чтобы справиться с чувствами. – Ваша работа оказывает невероятно успокаивающее воздействие, мистер Винсент.
– Это хорошо. – Чароплет смерил Джейн взглядом еще разок, а затем оглядел комнату и добавил:
– Вы поглядели на нее?
Джейн на мгновение запнулась, а затем сообразила, что речь идет всего лишь о дриаде, располагавшейся сейчас совсем рядом, а вовсе не о Бет.
– О да, поглядела. Очень тонко сделано. Вы можете гордиться вашей работой, правда, я не совсем уверена, что леди Фитцкэмерон одобрит подобное посвящение моей сестре в своем обеденном зале.
– Что? Какое посвящение? – Бет завертела головой по сторонам, как будто ее вовсе не беспокоило ничего, кроме очередной загадки, подброшенной мистером Винсентом.
Тот поморщился – и измождение на его лице проступило еще ярче.
– Взгляните повнимательнее. Полагаю, вы найдете мою маленькую шалость. А что до леди Фитцкэмерон – сомневаюсь, что она ее найдет. Та рассчитана на более внимательные глаза. В любом случае она была немало впечатлена нашим
– А это не оммаж?
Мистер Винсент обернулся на дриаду, и его лицо смягчилось куда больше, чем, казалось бы, могло.
– Нет, вовсе нет.
Менее внимательный человек наверняка не разглядел бы этой мягкости. А еще кто-нибудь мог бы ее увидеть, но спутать с уважением к талантам Джейн. Сама мисс Эллсворт не сомневалась, что это уважение к самому искусству – и что только искусству принадлежит его сердце. Искусству, получившему воплощение в ее сестре.
– Ох, теперь я ее тоже вижу! – Бет подбежала к дереву с лицом и громко позвала:
– Эдмунд, погляди скорее! Как ловко со стороны мистера Винсента добавить ее сюда. Какое замечательное напоминание о нашем клубничном пикнике! Восхитительно.
Пока остальные восхищались дриадой, Джейн мучилась от желания уйти прочь, а еще лучше – вернуться домой, где смогла бы обдумать все и успокоиться в блаженной тишине. Но возможности отправиться в Лонг-Паркмид прямо сейчас у нее не было, так что пришлось возвращаться в гостиную; Джейн держалась за спинами мужчин, рядом с Бет, будто прикрываясь ею от возможных колкостей. По крайней мере, Дюнкерки хоть немного ценили Джейн – пусть и, вероятно, совсем чуть-чуть.
Когда они вошли, леди Фитцкэмерон подняла голову и приглашающе помахала рукой, так что мистер Винсент извинился и отошел, оставив Джейн на попечение мистера Дюнкерка. И хотя та больше всего на свете желала именно этого, сейчас ее душа не лежала к разговорам.
– Хотел поинтересоваться: может быть, вы… – начал мистер Дюнкерк, но в этот момент мерный шум голосов в гостиной рассек чей-то громкий вопль.
Капитан Ливингстон с раскрасневшимся от гнева лицом отбросил карты на стол. А мистер Баффингтон, сидевший рядом, откинулся на спинку стула с довольной улыбкой хорька.
– А я предупреждал тебя, что нисколечко не блефую!
Капитан, нахмурившись, выложил на стол банковские билеты, буквально только что полученные от мисс Дюнкерк.
В этот момент к Джейн снова подошел мистер Винсент. Его лицо было мрачным, а плотно поджатые губы выдавали с трудом сдерживаемые эмоции.
– Леди Фитцкэмерон хочет с вами поговорить.
Озадаченная, Джейн направилась следом за ним туда, где сидела виконтесса, и молча замерла, готовая ее выслушать. Леди Фитцкэмерон улыбнулась так, будто уже знала, какой услышит ответ:
– То
Если тогда, на холме, Джейн всеми силами стремилась избежать участия в представлении, то что уж говорить о сегодняшнем вечере, когда ей предстояло при всех противопоставить собственные скромные умения гению мистера Винсента? А уж если учесть то огорчение, что доставили ей слова про «невзрачную Джейн» и потрясение от новостей о тайной помолвке Бет, совершенно неудивительно, что она тут же начала выдумывать причины для отказа.
Но леди Фитцкэмерон не пожелала ничего слушать.
