Разговор, как мы видим, людей, органически не способных понять друг друга. И А. Гладков, предполагая, что «в основе всего — высокомерный разговор с пресловутой секретаршей райкома К-вой»[1512], вероятнее всего ошибается. Не К. была инициатором процесса, и не она им дирижировала. Побеседовала именно что «для проформы» — и предпочла отойти в сторону.
Что неожиданно сыграло на руку ее репутации в глазах питерских литераторов. Во всяком случае, когда М. Дудин и Д. Гранин в 1966 году пригласили ее на должность оргсекретаря Ленинградской писательской организации, протестов со стороны прогрессивной общественности не последовало. Да и вела она себя в этой роли осмотрительно, ничем особым не запомнившись: ну, — вспоминает Я. Гордин, — участвовала, правда, в вынесении строгих выговоров распоясавшимся подписантам в 1968 году, так ведь не по своей же воле, а по разнарядке, спущенной из Москвы.
Поэтому, когда в июне 1969 года был учрежден молодежный журнал «Аврора», и, — как рассказывает Илья Бояшов, — новый глава писательской организации Д. Гранин «внес предложение в Ленинградский Обком КПСС поставить на должность редактора именно» К., это назначение было воспринято как должное. И редактором она, кстати сказать, оказалась не из худших — опубликовала «Малыша» (1971) и «Пикник на обочине» (1972) братьев Стругацких, дала пропуск в литературу рассказам Л. Петрушевской (1972), печатала В. Аксенова, А. Битова, В. Конецкого, А. Кушнера и вообще, — говорит работавшая тогда в отделе прозы Е. Клепикова, — «хотела делать интересный, нестандартный, „с живинкой“ (ее слова) молодежный журнал, допускала кое-какие художественные вольности и даже эксперименты»[1513].
Зато, — сошлемся еще раз на Е. Клепикову, — «Довлатова, зачастившего в редакцию[1514], круто не одобряла (будто за ним водился какой-то криминал — уголовный или, наоборот, диссидентский)»[1515]. И с Бродским, возвращенным из ссылки, тоже вышла незадача.
Итак, —
Однако же, —
