И понятно, что, пока хватало сил, Л. не только руководил мастер-классом прозы в Литературном институте, став старейшим его профессором (1963–2014), но и вел в печати бои за свои убеждения, а у этих убеждений «определяющим словом здесь будет русскость»[1761]. Подкрепленная в поздние уже годы пристальным интересом к деятельности Сталина и составленная им книга «Сталин. В воспоминаниях современников и документах эпохи» недаром замыкается словами о. Дмитрия Дудко:
Наши патриархи, особенно Сергий и Алексий, называли Сталина богоданным вождем… Да, Сталин сохранил Россию, показал, что она значит для всего мира… Поэтому я, как православный христианин и русский патриот, низко кланяюсь Сталину[1762].
Студенты — хотя и не все, наверное, — Л. любили. И соратники по идеологической войне ценили его очень высоко: «Мощная фигура в русской культурной жизни» (В. Личутин), «Быть Михаилом Лобановым — это звание повыше, чем быть Героем России» (В. Бондаренко), «Для русской молодежи он стал одним из любимых авторов, его статьи и книги мы читали в первую очередь» (О. Платонов).
Охотно допускаю, что и сейчас читают. Но только те, для кого, как для самого Л.,
национальная идея — это не академическая болтовня о «соборности», «общечеловеческой отзывчивости» (довольно с нас этих «общечеловеческих ценностей»), национальная идея — это борьба не на жизнь, а на смерть с нашими врагами, уничтожающими нас как нацию. Вот тогда-то и вздрогнут наши недруги, когда не только услышат, но и уверятся, что это не шутки, а настоящая война.
Тогда как остальным Л. если и памятен, то лишь как первый наставник Виктора Пелевина.
Соч.: Страницы памятного. М.: Современник, 1988; А. Н. Островский. М.: Молодая гвардия, 1989 (Жизнь замечательных людей); Великий государственник: Сталин в воспоминаниях современников и документах эпохи. М., 1995, 2002, 2008, 2013; В сражении и любви. Трифонов Печенгский монастырь, 2003; Оболганная империя. М.: Алгоритм, 2003, 2008; С. Т. Аксаков. М.: Молодая гвардия, 2005 (Жизнь замечательных людей); Твердыня духа. М.: Институт русской цивилизации, 2010.
Лит.: В шесть часов вечера каждый вторник: Семинар Михаила Лобанова в Литературном институте. М.: Лит. ин-т им. А. М. Горького, 2013.
Гении всегда редкость. Среди филологов их всего два-три, ну четыре на столетие, и Л. безусловно в этом ряду.
Путь в науку пришлось, правда, отложить на шесть лет. В октябре 1940-го Л. со второго курса Ленинградского университета призвали в армию, а вскоре и война, которую он прошел связистом в артиллерийских полках, был контужен, награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны, медалями «За отвагу» и многими другими, так что восстановился на втором курсе только в 1946-м.
И… Уже 18 декабря 1948 года профессор Н. Мордовченко пишет о нем профессору Ю. Оксману:
Ю. Лотман — участник моего семинара, необыкновенно талантливый и одаренный юноша, каких я еще никогда не встречал. Он занимается масонами, Карамзиным, Радищевым, но сейчас — больше всего масонами. Прошлогодний доклад о карамзинском «Вестнике Европы» меня совершенно потряс[1763].
А когда Л. среди масонских бумаг нашел, перевел, расшифровал, откомментировал и опубликовал в «Вестнике Ленинградского университета» (1949. № 7) устав преддекабристского общества «Краткие наставления русским рыцарям», то и профессор В. Базанов сказал: «Этот мальчик уже обеспечил себе почетное место в науке»[1764]. Да и сам Л. вспоминал, что кандидатская диссертация «А. Н. Радищев в борьбе с общественно-политическими воззрениями и дворянской эстетикой Н. М. Карамзина» была им «фактически написана еще в студенческие годы», а «к моменту защиты кандидатской у меня уже практически была готова докторская»[1765].
