Что же до собственных книг — «Пути-дороги» (1954), «Дорога на Клухор» (1956), «Память сердца» (1958), «Второе дыхание» (1961), где чистая лирика теснилась идеологически выверенной нормативностью, то они большого впечатления не производят, и современники чаще вспоминают не о стихах того времени, а о женской притягательности Т. и о ее непростых, хотя и растянувшихся на все пятидесятые отношениях с мужем Ю. Тимофеевым (1922–1982), который вошел в историю и как умелый главный редактор издательства «Детский мир» для «горшочников», то есть для самых маленьких, и как человек богемы, ибо семейным обязательствам он безусловно предпочитал романы со стремительно менявшимися подружками и общение с друзьями-поэтами, в чей круг входил, например, и Д. Самойлов, оставивший об этой среде чудесную поэму «Юлий Кломпус».

Таков, видимо, удел — любить вернее, горячее, самозабвеннее, даже исступленнее, чем ее любят, и эта, — размышляет М. Пьяных, — «любовь к такому обожаемому, но довольно равнодушному мужчине делает поэтессу духовно и творчески активной личностью, тогда как обожаемый возлюбленный остается во всех отношениях пассивным»[2980]. Лирическая исповедальность, сосредоточенность на тайнах страсти уверенно вытеснили из стихов Т. все прочие мотивы, и книги «Лирика» (1963), «Сто часов счастья» (1965) — это прежде всего и почти исключительно книги любви.

Любви грешной, беззаконной, краденой, так как избранником Т. в последние годы стал поэт А. Яшин (1913–1968), который отвечал ей полной, казалось бы, взаимностью, но не мог покинуть ни жену, страдавшую, — как рассказывают, — психическими расстройствами, ни четверых совместно нажитых в этом браке детей. Вот и пошли редкие встречи украдкой, чужие квартиры и гостиницы в чужих городах, словом, — как сказано в стихах, — «сутки с тобою, месяцы — врозь».

До поры тайну немолодых уже любовников удавалось скрывать, но, конечно, только до поры. Поползли слухи, участились скандалы, разрыв стал неминуемым, и… Веронику Михайловну вскоре постиг скоротечный рак.

Я, — вспоминает друживший с нею поэт М. Соболь, — придя к ней в палату, постарался ее развеселить. Она возмутилась: не надо! Ей давали антибиотики, от которых стягивало губы, ей было больно улыбаться. Выглядела она предельно худо. Неузнаваемо. А потом пришел — Он! Вероника скомандовала нам отвернуться к стене, пока она оденется. Вскоре тихо окликнула: «Мальчики…» Я обернулся — и обомлел. Перед нами стояла красавица! Не побоюсь этого слова, ибо сказано точно. Улыбающаяся, с пылающими щеками, никаких хворей вовеки не знавшая молодая красавица. И тут я с особой силой ощутил, что все, написанное ею, — правда. Абсолютная и неопровержимая правда. Наверное, именно это называется поэзией…[2981]

А. Яшин простился с нею некрологической заметкой «Прощай, друг» в «Литературной газете» и лавиной стихов, теперь-то уж наполненных страданием и страстью. Ценители поэзии их, вероятно, тоже помнят, тогда как стихи Т., ставшие песенными хитами в исполнении А. Пугачевой, А. Градского, С. Ротару, Т. Гвердцители, других эстрадных «звезд», знают в нашей стране, наверное, все. И книги с этими стихами переиздаются едва ли не каждый год.

Короткая жизнь и долгое эхо.

Соч.: Не отрекаются любя: Полное собрание стихотворений. М.: Эксмо, 2021.

<p>У</p><p>Урин Виктор Аркадьевич (1924–2004)</p>
Перейти на страницу:

Похожие книги