– Спасибо, старина, но если бы мне хотелось повеселиться, то от своего теперешнего положения я бы точно пришел в восторг. Если хочешь поднять мне настроение, придумай, как я могу поэффектнее, на все сто процентов провалиться!
Проводив Хобарта до входа в ханский шатер, его спутники засобирались по домам.
– Стой, Саньеш, еще есть дела! – окрикнул старика инженер.
– Какие? – обернулся тот.
Хобарт жестом позвал его внутрь шатра.
– Саньеш, я хочу прямо сейчас затеять небольшую заварушку с маратаями.
– Война! – вскричал Саньеш, подпрыгнул и схватился за меч.
Хобарт сначала встревожился, но затем символический смысл необычных действий старца дошел до него.
– Война! Ха! Руби! Бей! Стреляй! Убивай много маратай!
Воодушевление так же внезапно покинуло морщинистое лицо, как и появилось, Саньеш теперь выглядел опустошенным.
– Но, хан, ты не можешь начать война сейчас! Надо собрать люди, вызвать командующих, планировать битва! – И сколько времени уйдет на все это?
– Пять-шесть дней.
– Ну пустяки какие.
– Ух, если ты не иметь в виду «прямо сейчас», зачем сказать «прямо сейчас»? – заворчал Саньеш, усаживаясь обратно на пол. – Я тут разволноваться зря.
Хочешь честная война?
Вопрос озадачил Хобарта.
– Да, полагаю так, – неопределенно ответил он.
– Хорошо.
Саньеш подошел к выходу и крикнул в темноту. Немедленно появился щеголеватый молодой варвар; Хобарт решил, что он был подобием адъютанта. Саньеш поговорил с ним на паратайском.
– Сколько человек ты хотеть взять? – повернувшись к инженеру, спросил он.
– А сколько можно собрать?
– Двенадцать тысяч четыреста девять, – четко отрапортовал старик.
– О'кей, берем всех.
Саньеш присвистнул:
– Зачем сказать «небольшой война», когда планируешь большой, а? Ты ужасно трудный хан для понимать. Я думал о маленький битва, по сотне с каждой стороны.
– Нет, я ставлю на кон все. Но что ты имел в виду, говоря о маленькой битве на двести человек? Неужели у вас каждый имеет номер, как в игре?
– Конечно, все это знают!
Хобарт восхищенно покачал головой:
– Преимущества такого способа мне понятны: вы все устраиваете, чтобы избежать лишней крови.
– Нет, не в том дело, – с видимым удовольствием принялся объяснять Саньеш. – Храбрый паратай не бояться смерти и даже при большой война немногие гибнут. Просто не… неудобно так много уводить, когда ягнята рождаться и все такое.
– Рад слышать, что войны здесь не ведут к многочисленным жертвам, но как вам удается этого добиться при всей вашей храбрости?
– Хан, смотри сюда, – с выражением учителя, объясняющего, что дважды два равняется четырем умственно отсталому ребенку, сказал Саньеш. – Вот здесь стоит группа мужчин, например мы, да? Хорошо. Группа должен сражаться в строю, да? Не может сражаться, если все, ну… перепутанный, что ли. Хорошо. Битва начаться. Люди падать, прятаться. Один или два убит. Группа не в строю, сражаться не может, потому – убегать. Ведь не трусость бежать, когда не можешь биться, нет?
Хобарт пожалел о том, что для облегчения мук совести все армии в истории, бежавшие с поля боя при первом натиске врага, не руководствовались логикой Саньеша.
Затем они перешли к практической стороне организации кампании. Старик углем нарисовал на куске кожи весьма грубую карту местности и указал несколько возможных направлений для атаки.
– Если честно, я не знаю. А тебе какое кажется лучшим? – спросил Хобарт.
Саньеш немедленно ткнул в кратчайший путь в страну маратаев. Хобарт пожал плечами.
– Ладно, как скажешь, – внешне согласился он.
На самом деле ему более предпочтительным казался кружной маршрут, но поскольку руководить затеей в полную силу он не мог, то решил пока не препираться с Саньешем.
Следующий шок постиг Хобарта на другой день, когда он мирно сидел на лошади и наблюдал за сбором войск.
– Скажи, Саньеш, а кем был тот молодой человек, который присутствовал на нашем вчерашнем совете? Что-то я его не вижу, – просто так спросил он.
– Он – герольд. Уехать предупредить маратай, – будничным тоном ответил старик.
– Что?!
– Я сказать, он уехать к маратай объяснить, когда и где мы нападать, и как.
– О боже! Так он предатель или шпион?
– Нет-нет, что ты, хан! Ты сам говорить о честной война. Хорошо. Когда все по честный, надо послать герольда к враг, договориться о месте битвы. Просто, да?
– Чертовски просто, – простонал Хобарт. – Слушай, а мы не можем изменить планы и перейти к нечестной войне?
– Нет, нельзя, – спокойно ответил Саньеш.
– Почему, черт возьми, нельзя?!
– Приказы уже отданы – готовиться к честный вой на через пять дней в долине Ужгенд. А ты хочешь изменить. Надо отменять приказы. Понадобиться дни, чтобы все вернуть, как было, затем еще шесть дней для подготовка к нечестный война. И мы опоздать в долину Ужгенд. Если мы не придти, маратай оскорбиться, скажут, мы предать их. Тогда они напасть на нас без предупреждения. Видишь, хан, нельзя.