Отвергнутые Боги Годвигула полностью

— Веди нас к проходу в Тайную долину.

— Не нужно никуда идти, — ответил он. — Проход находится за этой стеной.

Мы развернулись к скале. Ни малейшего намека на проход — сплошной камень.

Неужели он нас обманул?

Урсус небрежно свалил на землю бесчувственного Альгоя, приблизился к скале, ощупал гранит.

— Стена тонкая, за ней — пустота, — сказал он.

— Вы обещали молочка, — напомнил Солнышко.

Эллис достала кувшин, но налить молоко оказалось не во что.

— Пей так, — сказала девушка и поставила сосуд на землю.

В переплетении корней вспыхнули и погасли два крохотных огонька, а потом на свет робко появился пикси. На этот раз он предстал перед нами в своем истинном обличии. Это был совсем крохотный человечек, даже меньше приснопамятного леприкона. Всклокоченные огненно-рыжие волосы выбивались из-под помятого островерхого колпака, на мир смотрели маленькие бусинки-глазки, усыпанный крупными веснушками носик тревожно вздрагивал, обнюхивая пространство. Пикси носил затертые до дыр постоянно спадавшие штанишки и некогда ядовито-зеленую, а нынче выцветшую курточку. Непропорционально крупные ступни, похоже, никогда не знали обуви.

Не сводя с нас глаз, он поднял кувшин, самую малость уступавший ему размером, тужась, поднес к губам и начал пить.

Мы решили ему не мешать и отошли в сторону. Гном достал кирку…

Еще одно предсказание Карамоша сбылось.

Размахнувшись, Урсус ударил орудием по стене. Раздался грохот, и под ноги гнома осыпалась груда битого камня. Когда развеялась поднявшаяся в воздух пыль, мы увидели чернеющий вход в подземелье.

Мы решили подождать, пока придет в себя Альгой. Не тащить же его на горбу?

— А что, если он опять взбрыкнет? — нахмурился гном.

В этом случае мне придется его опять усыпить, но я надеялся на лучшее.

Пока суть да дело, я решил примерить новый доспех, а заодно распределить полученные очки. Как знать, возможно, от этого будет зависеть успех мероприятия.

Панцирь оказался «на вырост», но его легко можно было подогнать при помощи ремней. В конечном итоге нагрудник сидел, как влитой, словно вторая кожа, лишь самую малость стеснял движение, на что можно было закрыть глаза в виду характеристик доспеха. Ничего лучшего у меня до их пор не было и, пожалуй, теперь еще долго не будет.

Сэнвен, так же как и я, подняла уровень и сосредоточенно занималась распределением очков. Эллис проверяла снаряжение, гном расчищал проход в подземелье, гоблин метал ножи в засохшее дерево.

Застонал Альгой, зашевелился, открыл глаза, посмотрел на нас. Взгляд осмысленный, хотя и подавленный.

— Вся банда в сборе? — пробормотал он, присаживаясь на траву.

Я на всякий случай приготовил к бою арбалет.

— Где мы? — завертел он головой. — И почему мне так хреново?

— А сам-то ты что помнишь? — спросила его Эллис.

— Хм… — задумался алхимик. — Что-то помню… но не помню, что… Мы, кажется, пришли в Долину Грез, а потом… Фейри, выпивка… Весело было… — оскалился он в идиотской улыбке.

— Понятно, — кивнула Эллис.

Согласен. Он не помнил ничего с тех пор, как оказался в Долине. Но главное — он не проявлял былой агрессии.

— Знаешь, что это? — я показал ему пробирку, которой он нас собирался «приголубить».

Альгой повертел ее перед глазами, понюхал состав, пожал плечами.

— Понятия не имею. А что это?

Я молча отобрал у него опасный предмет, вернул его в кармашек на поясе.

— Ну, что, идем что ли? — проявлял нетерпение Урсус.

— Да, пора.

— Куда это вы собрались? — напрягся алхимик, с опаской косясь на чернеющий пролом в стене. — Может быть, кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит?

— Идем, расскажу по дороге, — соблаговолила Эллис, и мы вошли в подземелье.

Тут же Альгой обо что-то споткнулся, глянул под ноги, поднял с земли каменную пластинку и протянул ее мне со словами:

— Кажется, это твое.

Да, это была очередная часть текста с историей Годвигула: