В этот раз мне, наконец-таки, удалось почерпнуть из текста кое-что полезное. А именно — намек на то, что к появлению в Годвигуле Звездных, возможно, приложил свою руку Бог Янагор. Впрочем, это предположение вступало в противоречие с последующей информацией и тем, что мне уже было известно об этом Боге. Янагор был единственным отпрыском Ирнира, который не принял участия в разделе мира. Подозреваю, он был очень зол на своих братьев и сестер, оставивших его не у дел. Зачем ему в таком случае способствовать появлению в Годвигуле Звездных, которых тут же переманивали на свою сторону другие Боги?
Загадка…
Уникальных заданий у меня еще никогда не было. Подозреваю, и награда за него будет далеко не рядовая. Но главное, возможно, мне удастся узнать, кто мы такие, Звездные, откуда пришли в этот мир и что здесь делаем?
— У тебя такой загадочный вид, будто только что тебе стали известны все тайны этого мира, — не преминула отметить Сэнвен.
Я ответил ей улыбкой, еще более загадочной, нежели выражение моего лица:
— Идем дальше.
Первые шаги пришлось сделать в сгущающихся сумерках, и Эллис, увлеченно повествовавшая о событиях последних дней, собралась уже воспользоваться магией, когда вдалеке забрезжил свет. Это мерцал мох, обширными пятнами покрывавший стены подземелья. Освещение не яркое, но вполне достаточное, чтобы обойтись без подручных средств.
Туннель шел под уклон, изгибаясь спиралью. Однако уже скоро он многообещающе выровнялся в горизонтальной плоскости, и это не могло не радовать: не хотелось бы надолго застрять в подземелье в поисках выхода в Тайную долину.
Еще меньше хотелось повстречать здесь нечто вроде Кристального Змея из Восточной шахты Арсвида. И хотя, в конце концов, встреча эта закончилась в нашу пользу и принесла неплохие дивиденды, но удача — дама капризная, о чем мог бы красноречиво поведать Альгой, которого вышеупомянутый Змей отправил на Перерождение.
Поэтому мы двигались осторожно, прислушиваясь к тишине. Меч Карракша — это все, что нас интересовало в данный момент. Все остальное — суета сует.
Тишина подземелья оказалась такой же непостоянной, как и его владельцы. Очень скоро до нас донеслись первые отдаленные звуки…
— Клянусь бородой Брана — это удары кирок, — предположил Урсус.