– Даже не знаю…
– Вечер пятницы, еще нет и десяти – поживи немного в свое удовольствие.
Она молчит, и я с вызовом спрашиваю:
– Ты работаешь завтра утром?
– Нет, – признается она.
– Вот и хорошо. Значит, останемся здесь, а про вечеринку можешь забыть.
– Лучшая идея в мире, – доносится голос Эллы.
Она спускается по лестнице, но Вэл, которая в это же самое время появляется из двери позади нас, немедленно возражает:
– Нет, – говорит она Элле. – Я же говорила тебе, сегодня мы должны устроить демонстрацию нашей силы.
– По-моему, ты слишком серьезно относишься к Фелисити, – начинает спорить Элла. – Она безобидная.
– Ничего подобного, – мрачно говорю я. – Прости, сестренка, но тут я должен согласиться с Вэл.
Элла сердито смотрит на меня.
– Серьезно?
– Серьезно. Она уже не раз говорила мне, что хочет править школой и с легкостью уничтожит тебя.
В глазах Эллы вспыхивает ярость.
– Она правда так сказала?
– Угу.
Вэл бросает на Эллу суровый взгляд.
– Видишь? Мы должны показать этой стерве, что Элла Харпер-О’Халлоран-Ройал ее не боится.
– Просто Ройал вполне достаточно. И ладно, так и быть, я пойду. Но я все равно считаю, что вы просто раздуваете из мухи слона. – Элла смотрит на нас с Хартли. – А вы, ребята, остаетесь здесь?
Хартли быстро кивает, и по всему моему телу разливается эйфория. Ее огромные серые глаза смотрят прямо в мои, и она говорит:
– Думаю, да.
– Посмотрим кино? Поиграем во что-нибудь? Поедим? – предлагаю я, когда Элла и Вэл уходят. Потом поворачиваюсь к близнецам. – А вы чем хотели заняться?
Братья пожимают плечами и смотрят на Лорен.
– Давайте во что-нибудь поиграем. – Она вопросительно глядит на Хартли. – Если вы, конечно, не хотели побыть наедине.
– Нет, но я плохо играю, – отвечает Хартли. – Разве что будем играть в «покемонов». С этим я еще справлюсь.
Боже, какая она милая! Я усмехаюсь.
– Вообще-то, я имел в виду настольные игры.
– Настольные игры?
– Да, у нас их целая куча. Моя… – Я замолкаю, вспомнив, как в детстве мама играла со мной и близнецами в «горки и лестницы». Мы сидели на кухне, в лучах солнца ее темные волосы словно оживали. Помню, как все время отвлекался, чтобы посчитать все цвета, какими они переливались.
– Твоя?..
Я мотаю головой. Не хватало еще распустить нюни.
– Мама любила играть в настолки. Помните, как мы играли с ней в «горки и лестницы»? – спрашиваю у близнецов.
– Да, когда нам было пять, – отвечает Сойер.
Я решаю сменить тему.
– Как насчет «монополии»?
Близнецы поворачиваются к Лорен. Опять.
Она улыбается.
– Я не против «монополии».
– Мы не против «монополии», – эхом отзываются братья.
Я сдерживаю вздох огорчения.
– Отлично. Все игры в комнате с домашним кинотеатром.
Я отправляю Сойера и Себастиана за газировкой и попкорном. Лорен садится на пол и ждет, а Хартли идет вслед за мной к шкафчику с играми.
– Оригинально и олдскульно, – замечает она, когда я достаю с полки белую коробку.
– Конечно. Я очень консервативный.
– А еще он любит жульничать, – предупреждает Сойер, входя в комнату с подносом еды.
Вслед за ним с ящиком бутылок появляется Себастиан.
– Не знал, что именно ты сегодня захочешь, детка, – говорит он Лорен, подтаскивая ящик к ней.
Она с надменным видом разглядывает напитки и молча указывает на диетический лимонад. Себастиан достает бутылку, откручивает крышку, наливает напиток в стакан и передает своей девушке.
– А ты что хочешь? – немного резко спрашиваю я Хартли.
– Я сама могу о себе позаботиться. – Кажется, ее забавляет эта ситуация. – Может, пока разложишь игру?
Я тащу коробку к Лорен и близнецам.
– Я буду собакой, – объявляет Лорен.
– А ты кем хочешь быть, Хар-Хар? – спрашиваю я, большим пальцем перебирая оставшиеся фигурки.
– Утюгом. – Она поднимает фигурку и ставит ее на доску.
Сойер выбирает корабль, а Себастиан – старый ботинок.
Я беру себе машину.
После первых четырех раундов выигрывают Сойер и Хартли.
– Эй, я старше тебя! Старших нужно уважать, – смеется Хартли, когда Сойер передвигает свою фишку на одно поле от ее владения.
– Прости, я подчиняюсь воле кубика, и он приказывает мне купить Сент-Джеймс.
Он отдает мне деньги, а я ему – карточку с недвижимостью.
– Ну что ж, боги его величества случая говорят мне пройти поле «вперед» и собрать еще двести монет. – Хартли машет карточкой перед лицом Сойера. – Ну, благодаря новообретенным богатствам я, пожалуй, поставлю дом, чтобы в следующий раз тебе было где остановиться.
– Он не будет останавливаться у тебя, – ворчит Лорен.
Я закатываю глаза.
– Успокойся, это всего лишь игра.
– Мне скучно, – говорит она и поднимается с пола. – Пойдемте, посмотрим кино в вашей спальне.
Прежде чем я успеваю возразить, близнецы выходят из комнаты вслед за Лорен.
– Я что-то не то сказала? – спрашивает Хартли.
– Нет. Просто Лорен… – Я замолкаю, потому что мне не хочется говорить плохо о девушке, которую я едва знаю. – Лорен есть Лорен. Еще хочешь поиграть?
– Еще как! Я же надираю тебе зад. – Она подталкивает кубик ко мне. – Твоя очередь.
